Дело в том, что тропинка, по которой они ходили туда-сюда, представляла собой скалистый гребень шириной с полметра. Вместе мыс и гребень были похожи на голову динозавра, сидевшую на тонкой и длинной шее. И чтобы пройти по ней и не упасть на камни с высоты в десять – пятнадцать метров, нужны были немалая ловкость и храбрость.
Гараня уже связал каркас навеса, когда Фиалка, отдыхавшая на самой оконечности мыса, вдруг позвала его каким-то странным голосом – тонким и писклявым.
– Тебя что, переклинило? – полюбопытствовал Гараня, подходя к девушке.
Она смотрела на него огромными глазищами и беззвучно шевелила губами, словно ей и впрямь перехватило горло.
– Ты чего? – встревожился Гараня. – Заболела, что ли?
– Лодка! – наконец вырвалось у Фиалки.
– Где?
– Смотри туда. – Девушка дрожащей рукой указала в направлении скал, круто падающих в океан.
Гараня, взволнованный не меньше Фиалки, присмотрелся и скомандовал:
– Спрячься!
– Почему? Зачем нам прятаться? Наоборот – надо зажечь огонь. Федя, это шанс!
– Не спеши с выводами, – отрезал Гараня. – Я уже говорил тебе, что по таким островам разные людишки шастают. Сначала нужно узнать, что им здесь нужно. Если это аборигены, которые привезли белых господ на охоту, – это одно дело. В таком случае нам можно рискнуть. Но вдруг это какие-нибудь проходимцы и головорезы – тогда совсем другой компот.
Фиалка с кислым выражением лица неохотно кивнула. Но ее взгляд был прикован к лодке, которая шла вдоль берега, постепенно приближаясь к их бухте.
Вскоре уже можно было различить людей, сидевших в лодке. Все они были смуглолицы, и у каждого на шее висело ожерелье. Лодка – скорее, небольшое судно – имела парус в виде трапеции и борта, приподнятые к носу и корме.
– Что это за люди? Какой национальности? – почему-то шепотом спросила Фиалка, хотя лодка была еще далеко и ее никто, кроме Гарани, не мог услышать.
– Кажись, малайцы, – после некоторого раздумья ответил Гараня.
– Кто они?
– Лучше спроси, где малайцы живут, – хмуро ответил Гараня. – Эк нас угораздило…
– Что ты хочешь этим сказать?
– Мы находимся, скорее всего, в районе Малайского архипелага. Тут такое наверчено… Островов – и больших и малых – не счесть. Плохо…
– Почему?
– Места здесь опасные. Белых малайцы не жалуют.
– Откуда ты знаешь?
Гараня замялся, но все-таки ответил:
– Дома я часто телевизор смотрел. Он заменял мне и семью, и друзей… Выпьешь, посмотришь, как другие живут, и на душе легче становится. Особенно я любил «Клуб кинопутешествий». Это после Африки у меня такой бзик появился. Сижу, смотрю, вспоминаю…