В четверг, во второй половине дня, когда Маргарет разбирала свою корреспонденцию, зазвонил телефон. Звонила мисс Уэллс. На этот раз она говорила спокойным, почти любезным тоном.
Наконец-то она взялась за ум, волнуясь, подумала Маргарет. Она отпустит к ним Закери.
– Как поживаете, дорогая?
– Прекрасно. Надеюсь, я не отрываю вас от какого-нибудь важного дела?
– Нет, нет, все в порядке. – Маргарет сделала короткую паузу, а потом продолжила: – Вы с Закери обсудили мое предложение?
– Обсудили. К сожалению, ответ отрицательный. Зак не приедет к вам на ранчо. В отель тоже. Короче говоря, я не хочу, чтобы он общался с вами. Разумеется, то же самое относится и к Трэвису. С этого момента все, что вы или ваш сын захотите сказать мне, вам придется передавать через моего адвоката.
Надежды Маргарет не оправдались.
– Закери тоже этого хочет?
– Этого хочу я. И поскольку я мать Зака, только мое решение имеет силу.
– Вы совершаете серьезную ошибку, мисс Уэллс. Вы отказываете мальчику в том, что принадлежит ему по праву рождения. Когда-нибудь он вам этого не простит.
– Я так не думаю. Но если такое все же случится, я буду решать эту проблему, когда она возникнет.
– Вы не можете запретить мне встречаться с Закери! Он мой внук!
Маргарет услышала, как молодая женщина вздохнула.
– У меня нет желания спорить с вами, миссис Линдфорд. По правде говоря, я даже звонить вам не собиралась, но потом, подумав, решила оказать вам любезность...
– Мне нужна не любезность, черт возьми!
На другом конце линии послышался тихий щелчок: это отключилась Дайана Уэллс.
Маргарет в гневе швырнула трубку. Черт бы побрал эту женщину! Трэвис все-таки оказался прав относительно ее характера. Она самая настоящая бессердечная чертовка.
Ну что ж, она тоже умеет кусаться.
Маргарет сняла трубку и набрала номер телефона сына.
– Ты уже говорил с Кейном? – спросила она, услышав голос Трэвиса.
– Нет еще. А что такое? Что случилось?
– Позвони ему еще раз, звони ему по всем телефонам – в погребок, домой, в суд – пока не найдешь.
– Ради Бога, скажи мне, что случилось...
Маргарет решительно вскинула голову.
– Мы подаем в суд на Дайану Уэллс и будем бороться за попечительство над Закери – безраздельное, полное.
– Доброе утро, Джеки. Кто-нибудь звонил?
Как только Кейн Сандерс, выйдя из лифта, вошел в приемную своей юридической конторы, расположенной в финансовом квартале Сан-Франциско, его секретарша, энергичная привлекательная брюнетка, вскочила с места и побежала за ним следом с блокнотом в руках.
– Было шесть звонков, – сказала она, едва поспевая за шефом по длинному, застеленному серым ковровым покрытием коридору, – вернее, звонили шесть раз.