Мелесант, сидевшая у окна, жестом пригласила ее подойти ближе.
— Стало быть, вы покидаете нас?
— Да, завтра утром.
Большой черный кот прыгнул к Мелесант на колени, и королева стала гладить его. Вскоре кошачья шерсть начала потрескивать у нее под рукой.
— Я вижу, вы не очень-то дорожите нашим гостеприимством, — холодно заметила она.
Джиллиана не сочла нужным ее разуверять.
— Я не была в Талшамаре с младенчества, и теперь мне необходимо попасть домой как можно скорее.
Взгляд королевы Мелесант сделался просто ледяным, а рука с такой силой придавила голову бедного кота, что тот недовольно фыркнул и спрыгнул на пол.
— Вы сказали, с младенчества? В таком случае невелика беда, если вы еще на некоторое время останетесь с нами.
Джиллиана промолчала, не зная, что отвечать.
— Я так мечтала присутствовать при рождении моего первого внука. Неужели вы хотите лишить меня этого удовольствия?
— Райен сказал вам?..
— А вы полагали, он скроет от меня, что скоро станет счастливым отцом? — Мелесант прищурилась. — Спору нет, с первого дня на нашем острове вы держались безукоризненно как видно, вас хорошо учили правилам этикета. — Вставая, она обнажила в улыбке ровные белые зубы. — Однако я заметила, что со мною вы позволяете себе держаться отстраненно, как с низшей.
Джиллиана давно подозревала, что рано или поздно мать Райена захочет выяснить с нею отношения. Досадно, что это произошло именно сегодня, когда она пришла к ней с просьбой отпустить Кассандру в Талшамар.
— Если я показалась вам чересчур сдержанной, то это только оттого, что я чувствую себя здесь чужой. Вы же знаете, наш с Райеном союз был вынужденным. Теперь необходимость в нем отпала, и значит, я должна ехать.
Мелесант нагнулась за котом, но кот злобно зашипел, явно не желая идти к хозяйке на колени. Тогда она поймала его за шею и сжала изо всех сил.
Глаза Джиллианы расширились от ужаса. Когда она уже устремилась вперед, чтобы остановить эту чудовищную жестокость, Мелесант выпрямилась и спокойно пошевелила носком туфли безвольное тело своего любимца, выразительно поглядывая на Джиллиану.
— Вот так, — удовлетворенно сказала она. — Теперь он всегда будет помнить, что свою хозяйку надо слушаться.
Кот так долго лежал без движения у ее ног, что Джиллиана начала сомневаться, встанет ли он вообще. Наконец он с трудом поднялся на трясущиеся лапы и медленно побрел прочь.
— Надо уметь властвовать, — заметила Мелесант. — Только силой можно подчинить себе других.
Джиллиана была вне себя от гнева.
— Но это сущее изуверство! Вы же могли его убить.
Мелесант довольно усмехнулась.