— Храм Ашет! — воскликнул Габриэль. — Глупый мальчишка! Ашет — одна из наиболее злобных и мстительных богинь в Родственных Мирах. Всем известно, что ее Воинственная Рука преследует людей через миры, через годы и за меньшие грехи, чем твои. Слава богу, что у тебя хватило ума не сносить с ее Храма крышу. И хорошо, что ты оставил Живую Ашет на волю ее судьбы.
— В каком смысле? Они ведь не собираются ее убивать, правда?
— Конечно, собираются. — ответил Габриэль спокойно. — Таков был смысл предсказания: прежняя богиня умирает, когда выбирают новую. Думаю, эта смерть усиливает мощь божества. Поэтому она особенно ценна для них, к тому же, она своего рода волшебница.
Кристофер был в ужасе. Он понял вдруг, что Богиня знала, или, по крайней мере, подозревала, что с ней произойдет, поэтому пыталась заставить его помочь.
— Как вы можете говорить об этом так спокойно?! У нее только одна жизнь. Неужели нельзя ей чем-нибудь помочь?
— Мой милый Кристофер, — сказал Габриэль, — в Родственных Мирах существует больше сотни миров — и в большей части их принято то, что ужаснет любого цивилизованного человека. Если бы я тратил свое время на них, у меня не осталось бы времени на то, за что мне правительство платит деньги — на предотвращение злоупотребления магией в наших Двенадцати Мирах. Именно поэтому мне придется заняться тобой, а не твоей Богиней. Ты ведь не станешь отрицать, что злоупотреблял магией?
— Я... — начал Кристофер.
— Не станешь. — сказал Габриэль. — Насколько я понимаю, в Родственных Мирах ты потерял шесть жизней. Пока внешняя жизнь — та, которую ты должен был потерять — лежала на кровати и спала, законный ход вещей изменялся, чтобы ты мог терять жизнь в этом мире так же, как это случалось во сне. Еще бы немного —и в Двенадцатых Мирах произошли бы серьезные неприятности.
— Но в этот раз я не потерял жизнь! — пытался защищаться Кристофер.
—— Значит, в прошлый раз потерял. У тебя опять не хватает одной. Но скоро все это прекратится, Кристофер. Ты меня весьма обяжешь, если оденешься побыстрее и пройдешь со мной в кабинет.
— Э-э... — Кристофер заикнулся. — Я еще не завтракал. Можно?..
— Нет. — отрезал Габриэль.
Кристофер понял, что дело совсем плохо. Он встал и направился в ванную, по дороге заметив, что весь дрожит. Дверь в ванную не закрывалась. Было понятно, что Габриэль специально держит дверь приоткрытой: он хотел быть уверенным, что Кристофер не убежит. Под пристальным взором опекуна он мигом помылся и оделся.
— Кристофер, ты должен понять, что я очень волнуюсь за тебя! — сказал Габриэль, пока пленник наскоро причесывался, — Терять жизни с такой скоростью — безумное расточительство. Что, я не прав?