— Больно! — простонал он.
— Это как та скоба, — догадался Мартин. — Отпусти ее!
— Не могу! — ответил Вернон, и тут, ко всеобщему ужасу, из глаз у него хлынули слезы.
— Скорее, Фрэнк! — крикнула Джесс. — Глаза! Хватай его с той стороны!
Оба бросились к Вернону. Фрэнк при этом по неосторожности свернул ящик. Чашка опрокинулась набок, но огонь по-прежнему пылал — все таким же раздвоенным конусом, — а ящик почему-то даже не затлел. Джесс одной рукой схватила Вернона за плечо, а другой взялась за нить. Едва она коснулась ее, как сразу поняла, почему Вернон произносил все те слова. Это было словно держаться за раскаленную докрасна кочергу.
— Так лучше, — выдохнул Вернон. — Но отпустить все равно никак!
— Фрэнк! — завопила Джесс. — Помоги порвать эту нитку!
Фрэнк тоже взялся за нить — и тоже закричал. Они стали дергать за нить, вопя и мешая друг другу, причем оба Пири не выпускали Вернона, чтобы Глаза ему помогли. Секунду спустя Мартин тоже схватился за Вернона — за пояс — и потянул. Он тоже сказал скверное слово. И едва он его произнес, как все четверо поняли, что не могут разжать руки.
— Нам тоже потянуть? — деловито осведомилась Фрэнки.
— Нет! — рявкнула Джесс. — Не вздумайте! Ищите ожерелье!
Фрэнки и Дженни послушно принялись переворачивать ящики вдоль стен, хотя явно испугались и обиделись.
— Что же нам делать? — спросил Фрэнк.
— Пятимся, — ответил Мартин сквозь сжатые зубы. — Тянем. Если крыша обвалится — бежим.
— Хорошо, — кивнула Джесс, и они потянули со всей силы, волоча Вернона, который сейчас не мог вообще ничего. Они шагнули назад раз, и шагнули другой. Они отошли на три шага сразу, но нить по-прежнему крепилась к потолку, а все четверо были прикованы к нити.
— Ну, еще шажок, — командовал Мартин. — Раз-два — взяли!
Они потянули со всей силы. Нить оглушительно тинькнула, и дети отлетели еще на десять шагов, но она не порвалась. С каждым шагом они ожидали, что налетят на стенку, но с каждым шагом ничего у них за спиной не оказывалось. А когда они наконец сумели остановиться, оказалось, что они стоят в помещении размером с самолетный ангар, залитом серым светом. В ангаре гуляло эхо. Частью этого эха были шаги Дженни и Фрэнки, которые кинулись к ним, вытаращив от ужаса глаза.
— Что случилось? — верещала Дженни. — Почему оно большое?!
Все остальные кричали то же самое. С другой стороны к ним уже неслись Громила и Стаффорд, и вид у них был такой же перепуганный, как и у девочек. Остальная банда уже столпилась вокруг, и Пискля вовсю визжал.
— Елки-моталки! — ахнул Мартин. — Мы все влипли!