— Я тебя не подведу, — пообещал он.
Ему велели пойти в подвал, взять железную коробочку, которую он сейчас и тащил, и немедленно уходить. Кожа Сорки дико зудела, а желудок нещадно крутило. Возможно, рыба, которую он съел на ужин, была тухлой.
Он свернул с Громадного проспекта и срезал путь по лабиринту извилистых улочек, заметая следы и то и дело оглядываясь, чтобы убедиться, что за ним нет «хвоста». Свежий снег затруднял положение, суета на улицах тоже не слишком помогала, но он не видел никого, кто шел бы за ним.
Наконец он добрался до начала Липовой аллеи и в последний раз быстро зыркнул назад. Удовлетворенный тем, что поблизости никого не оказалось, Сорка скользнул в проулок и принялся осторожно пробираться вдоль стен домов. Ага, кто-то уже завалил тут кого-то. Мороз убил запахи, и собаки еще не нашли тела, но очень скоро они разнюхают свежатину.
Из омута теней впереди Сорку окликнул голос:
— Оно у тебя?
Сорка аж подпрыгнул от неожиданности и попытался вспомнить, что ему приказали ответить.
— Да, если у тебя есть деньги.
— Есть, — сказал человек. — Поставь коробку на землю и отойди от нее.
Все получалось как-то не так, как предполагалось, и Сорка лихорадочно размышлял, как поступить.
— Покажи деньги, и я это сделаю.
— Нет.
Непривычный к таким категоричным отказам сотрудничать, Сорка не знал, как вести себя дальше. Он работал на Чекатило, и поэтому когда он отдавал приказы, им быстро повиновались. Бандит решил потянуть время и подыграть этому дураку; он стиснул рукоять кинжала, уверенный, что сможет разобраться с прячущимся в тени, если тот попытается отколоть какой-нибудь номер. В конце концов, из этой аллеи есть только один выход, а значит, придется пройти мимо него.
А это задача отнюдь не легкая.
— Отлично, — сказал он, извлекая коробку из-под кожаной куртки и опуская ее на булыжники мостовой.
Затем Сорка выудил ключ, висевший у него на шее, и уронил его рядом с коробкой.
Человек, лицо которого скрывал капюшон плаща, вынырнул из тени, опустился на колени рядом с коробочкой и торопливо открыл ее. Стиснув болтающийся на цепочке темный амулет, он приподнял крышку.
Мягкое зеленое сияние потекло из ларца, залив человека призрачным светом и бросив тень на стену за его спиной.
Сорке показалось, что тень скорчилась сама по себе, ожив и не подражая больше человеку, которому принадлежала.
Он нахмурился и моргнул, прогоняя причудливый образ, но непослушная тень продолжала плясать, а мрак ее головы выпучился, и на лбу стали видны два кривых рога.
Сорка открыл было рот, чтобы сказать что-то по этому поводу, но тут коленопреклоненный человек снес ему полголовы выстрелом из пистолета.