– Похоже, мы имеем не только убийство, но и взлом с целью проникновения в чужое жилище,– мрачно сказал он.
– Это я виноват, сержант,– сознался Шейн.– Когда внутри послышались выстрелы, я не смог придумать другого способа.
Григгс молча пожал плечами, подошел к столу и пристально всмотрелся в лицо Уэсли Эймса.
– Он вполне похож на мертвеца,– в голосе Григгса не слышалось ни тени иронии.
Уэсли Эймс действительно был очень похож на мертвеца. Черты его лица, резкие и при жизни, после смерти исказились и заострились. На нем была белая рубашка с расстегнутым воротником и вычурный малиновый жилет с рядом больших серебряных пуговиц. Пуговица посередине груди отсутствовала; на ее месте виднелось округлое отверстие с кружком запекшейся крови. Эймс немного наклонился вперед, так, что можно было видеть другое отверстие, пробитое пулей на выходе в белой кожаной обивке кресла.
– Похоже, прямо в сердце,– сказал Григгс.– Надо думать, умер он мгновенно.
– Мы с Тимом вломились в комнату через минуту после выстрела, и он был уже мертв,– объяснил Шейн.– Наверное, он так и не успел понять, что в него стреляли.
Григгс выпрямился и оглянулся вокруг.
– В комнате только один выход?
– Я ничего не знаю об устройстве дома и пока что никого не спрашивал,– ответил Шейн.– Вон та дверь сзади, должно быть, ведет на балкон.
В задней стене комнаты действительно имелась дверь, остекленная в верхней части. Справа от двери располагались два широких окна, оба плотно закрытые и запертые изнутри на задвижки.
Григгс и Шейн, не сговариваясь, направились к задней двери, Рурк что-то лихорадочно писал в блокноте. Задняя дверь, как и входная, была снабжена изнутри тяжелой латунной задвижкой, плотно загнанной в гнездо. За дверью горела лампочка. Глядя сквозь остекленный верх, Шейн увидел узкий балкон со стальным сетчатым ограждением и каменную лестницу, спускавшуюся от балкона к земле вдоль стены дома. Такая архитектурная деталь в стиле позднего Мура была популярна в Майами в начале двадцатых годов.
Сержант Григгс подошел к окнам и осмотрел задвижки.
– Все заперто и никаких следов,– проворчал он. Окончив осмотр, Григгс вернулся к столу. Уэсли Эймс, без сомнения, был очень аккуратным человеком. На столе не было пепельницы и каких-либо признаков того, что хозяин комнаты курил. Справа возле стола на керамической подставке стояла хромированная электрокофеварка, шнур от которой был подсоединен через удлинитель к стенной розетке. Кофеварка была автоматической, со встроенным термостатом, поддерживавшим температуру напитка на требуемом уровне.