А тем временем Дрейк форсировал приготовления к экспедиции. В нее вошли корабли «Пеликан» (100 т), «Елизавета» (80 т) и «Златоцвет» (30 т). Кроме того, в их трюмах в разобранном виде находились четыре быстроходных бота. Были еще два судна – «Лебедь» (50 т) и «Бенедикт» (15 т), груженные запасами продовольствия.
Предусмотрительный Дрейк тщательнее, чем обычно, заготовил сухари и солонину, а также сушеный чернослив, мед и сыр. После того как эти съестные припасы будут съедены, оба судна следовало потопить.
Экипаж на всех судах состоял из 164 человек: офицеры, матросы, солдаты, юнги, а также аптекарь, сапожник, портной, трубач, барабанщик и, конечно, священник, который подробно описал это плавание.
13 декабря 1577 года флотилия Дрейка незаметно покинула Плимут. Никто ничего не заподозрил. Даже членам экипажа было сказано, что они плывут в Средиземное море.
На мостике флагманского судна «Пеликан» стоял невысокого роста, крепкого телосложения капитан: широкие плечи, мощная грудь. Каштановые волосы, острая бородка и усы. Голубые глаза и небольшой улыбчивый рот. Так выглядел адмирал Фрэнсис Дрейк.
Ради точности следует сказать, что называли его так, можно сказать, неофициально. Пока что он не имел этого звания, но и не останавливал тех, кто его так именовал. Не уступал он и знатным вельможам по роскоши в одежде, посуде и убранству корабля. Ему хотелось выглядеть важным аристократом – это, говорил он, ради престижа.
Уже через месяц на пути к мысу Бланко удалось захватить несколько испанских судов. Перегрузив на свои суда все, что было на них полезного и ценного, Дрейк отпустил испанцев. Но один корабль все же задержал, обменяв его на «Бенедикта». Новое судно он назвал «Христофор».
У островов Зеленого Мыса удалось захватить еще один испанский корабль. Самым ценным на нем оказался опытный лоцман да Сильва, прекрасно знавший побережье Бразилии. Сюда и направилась флотилия Дрейка.
Оба они – Дрейк и да Сильва – сразу понравились друг другу. Дрейк ценил знания и мастерство лоцмана, а тот проникся уважением к капитану за то, что он интересовался руководством по навигации, умел читать географические карты и знал в них толк, ценил компас и астролябию – это первое, что он забирал на захваченных судах. И еще удивил тем, что тщательно изучал книгу о плавании Магеллана.
Десять дней спустя после того, как корабли пересекли «линию раздела» – повторяю, что так тогда называли линию, разделявшую на карте испанские и португальские владения, – показался бразильский берег.
Судовой священник Ф. Флетчер на страницах книги «Кругосветное плавание сэра Фрэнсиса Дрейка» напишет, что он был поражен многообразием малых и огромных тварей в необозримом море. Вопреки древним грекам, считавшим, что в тропиках нет живой жизни из-за невыносимой жары, здесь, по его словам, истинный рай на суше и на море. Ничто не может быть более приятным для жизни человека, чем этот район, продолжает он. И лишь нехватка воды омрачала здесь жизнь.