– Он великолепен, – вздохнула Джулиана. – Или это клише?
– Это правда, – сказал он. Он остановил лошадей, чтобы полюбоваться видом особняка на холме. – Господи, ну надо же! Прости, я все забываю, как надо говорить с дамой. Но я никак не привыкну к тому, что скоро он станет моим. Ты только посмотри на него! Я не знал о его существовании, было только отдаленное ощущение, что есть какие-то родственники, которых я никогда не увижу. Он никогда не входил в мои планы – ни когда мы здесь жили, ни тем более когда нас вышвырнули из Англии. И даже когда мы добились освобождения. Меня пугает, что столько людей погибло, чтобы он стал моим, от всех этих совпадений голова идет кругом. Так же, как от величия Эгремонта. Но я его приму, и приму с радостью. А как бы ты поступила на моем месте?
– Так же. – Она осмелилась поднять на него глаза. Всю дорогу она рассматривала пейзаж, но за время разговора успокоилась настолько, что могла взглянуть на него. Когда она сделала это в первый раз, у нее перехватило дыхание. Ей захотелось еще раз поднять на него глаза, однако пора было приниматься за работу.
– Тебя не беспокоит, что так много смертей, причем следующих одна за другой?
Он засмеялся, тряхнул вожжами, и они снова тронулись в путь.
– Хочешь спросить, верю ли я в проклятие? Нет, и черт... будь я проклят, если оно меня остановит. Проклятия были на каждом дюйме земли, по которой я ходил, так по крайней мере говорили туземцы. Они говорили, что земля их священна. Иногда я этому верил. А уж в Ньюгейте призраков было с избытком. – Он нахмурился: – Нет, я принимаю Эгремонт, проклятия и все остальное. Единственное, что меня смущает, – это что мои родичи не верят в проклятия. Они уверены, что мы с отцом что-то сделали для устранения графов, непонятно только, каким образом, если мы находились на другом конце земного шара.
– И все-таки согласись: странно, что все предыдущие графы погибали от несчастных случаев, – настаивала Джулиана. – Кстати, если говорить о наследстве, как ты думаешь, сколько времени осталось до того момента, как вопрос о наследстве будет решен?
Он метнул в ее сторону острый взгляд, и ей показалось, будто она стоит на краю пропасти.
– А, взялась за работу. – Он засмеялся, заметив на ее лице виноватое выражение. – Прими чаевые, крошка. Три. Быть может, дня, месяца или года. Такое число невозможно отрицать. «Кстати» – раз, «если говорить о наследстве» – два и «как ты думаешь» – это слишком много и свидетельствует о том, что ты нервничаешь. Не смущайся, это хорошо. Значит, ты неопытный шулер. Я приехал из мест, где было полно мошенников. И могу сразу их распознать.