На помосте, возведенном напротив ворот замка, находились осужденный – сидх Ульрик, Поджер, который должен был зашить рану после казни, бледный князь Иван и сам Радагаст. Михей сначала не узнал папу в форменном алом капюшоне с прорезями для глаз, но потом увидел татуировку на плече – день был очень жаркий, и Радагасту разрешили работать без рубашки. Рядом с городским палачом стоял невысокий мужчина, который, наоборот, даже свою кожаную куртку не снял. На черном рукаве был вышит яроцвет, фиолетовый колокольчик с четырьмя лепестками. Этот милый цветок Чистильщики, отдел Имперской Канцелярии по борьбе за чистоту расы, выбрали своей эмблемой. Солнечные зайчики дюжинами разлетались во все стороны от серебряной пентаграммы на правом погоне мужчины. Пятый магический класс являлся высшим возможным для человека уровнем владения магией. Среди сидхов встречались волшебники и седьмого класса.
Это был имперский маг Крон, главный Чистильщик, личность неоднозначная и жуткая.
Вытатуированная на плече Радагаста обнаженная женщина похабно вильнула бедрами, коротко тенькнул топор, и окровавленный обрубок ударился о помост. Сидх не издал ни звука – за него громко ахнула толпа. Радагаст отошел в сторону, уступая дорогу врачу. Именно в этот миг Михей встретился глазами с имперским магом. Крон смотрел на них с матерью и улыбался. Михей увидел вместо его лица морду рыси с окровавленной пастью и поспешно отвел глаза. Но рассказывать матери об этом видении он постеснялся. В конце концов, Михей был уже большим мальчиком.
– Только одного не пойму я, – сказал Михей. – При чем здесь рука? Надо было писюн ему отрубить тогда.
Адриана улыбнулась:
– Но тогда у Ульрика больше никогда не будет деток, даже от женщин своего народа. А что тебе на завтра задано, кстати?
Михей сразу поскучнел.
– Про свержение Черного Пламени, – сказал он. – Песню сложить надо. Для малышей, простую и понятную.
– Сложил? – спросила Адриана.
Михей неохотно кивнул.
– Ну, рассказывай.
– На память, что ли? – смутился мальчик.
Взглянув на лицо матери, он сказал просительно:
– Ну можно я хоть на колени свиток положу?
Адриана нахмурилась и пытливо посмотрела на сына. Последнее время матери все чаще казалось, что Михей унаследовал ее способности управлять Чи. Магу третьего класса, для того чтобы уловить смысл текста, достаточно было лишь прикоснуться к свитку. Адриана кивнула, и Михей побежал в дом.
– Отца не разбуди только, – негромко сказала Адриана ему вдогонку.
Михей прихватил в доме еще и писало. Эльфийский стержень был одним из трофеев матери, привезенных с фронта. Стержень писал сам, его не надо было обмакивать в чернила, и с него никогда не соскакивали кляксы.