– Он ревновал? Разве?
– Еще как! Но об этом молчок, а то еще подумают, что это он убрал Кэри и все такое.
– Это не он.
– А почему бы и нет?
– Допустим на минутку, что это он, – сказал Парри.
– Шуточка не в бровь, а в глаз, – отозвался Пол. – Что скажешь. Темплтон?
– Ты тоже знал об этом? – удивился Парри.
– У нас все об этом знали, – ответил Темплтон. – Они из-за этого были просто «на ножах» друг с другом. И вражда у них была не напоказ, а молчаливая, затаенная. Были моменты, когда Лоуэлл вел себя как круглый идиот. Он совсем потерял голову и выкидывал такие штуки!.. Могло даже показаться, что он на все способен. Потом, когда он поостыл, все вошло в норму. Затем ему опять моча ударила в голову, и это случилось в «Серкью».
Парри придвинулся поближе к остальным.
– Послушайте-ка, – сказал он заговорщицким шепотом, – не из-за Бренды ли все это вышло? Может, Кэри решил, что она ему отказала? Мог он это сделать из-за нее?
– Нет, исключено, – решительно возразил Темплтон. – Кэри был верующим человеком и ни за что не пошел бы на такое. Но в Бренду он действительно был влюблен по уши.
– От нее кто угодно потеряет голову! Такая дивная девчонка!
– Это точно, – кивнул Пол. – Но одно дело – быть без ума от девушки, и совсем другое – лишить себя из-за этого жизни. Меня слегка беспокоит вот что: должны ли мы замалчивать этот момент? Лоуэлл считает, что не должны, но до конца он не уверен.
– На твоем месте я бы не стал мучиться с этим, – сказал Парри. – Думаю, чем меньше мы будем волноваться из-за пустяков, тем лучше.
– Я согласен с Парри, – сказал Темплтон. – В любом случае это личное дело Лоуэлла.
– Пожалуй, это правильно, – сказал Пол, – разве можно скрыть такие обстоятельства? Например…
Парри оставил их в разгар спора и вернулся к себе в офис. Он позвонил в Лидмут и передал Марлоу все подробности дела. После этого ему ничего не оставалось, как взяться за разбор почты.
Весь день Парри обуревали мысли о трагедии. Он переделал массу дел и, наконец, ощутив, что больше не в силах заниматься привычной рутиной, ушел на перегон. Но и там он не мог полностью отвлечься от своих мыслей. Он постоянно возвращался к виденному им человеку у окна.
Ему дважды прямо напомнили о том, что произошло. В первый раз – после ленча, когда прибыл констебль с предписанием явиться на следующее утро в десять тридцать на слушание дела. Оно должно было состояться в магазине стройматериалов, который для этого случая специально подготовили. Во второй раз – во второй половине дня, когда он позвонил хозяйке «Серкью», чтобы выразить свое соболезнование по поводу случившегося.