И уставился на нее снова. Так гневно, что она едва сдержалась, чтобы не завопить и не броситься обнаженной в коридор.
Она сравнивала его с лошадью, с ослом, с оленем. Дура. В этот момент в нем были пружинистое напряжение и скрытая угроза разъяренного льва. Не обращая внимания на свою наготу, он обошел кровать, глядя на нее, крепкий, могучий, мускулы на его руках и груди сокращались и играли, когда он сжимал и разжимал кулаки, очевидно, стараясь удержаться, чтобы не вцепиться ей в горло. Он смотрел на нее, словно она была воплощением чумы, ниспосланной на него.
— Вы! — повторил он низким и хриплым голосом. — Боже мой! — разразился он. — Что вы со мной сделали?
— С вами? — от гнева она обрела голос. Она выскочила из кровати и набросилась на него с дикой яростью, внезапно решив вырвать ему глаза. — С вами? Ах вы, ублюдок! Что вы сделали со мной? — кричала она, похожая на злобный и мощный ураган.
Но он был тоже разгневан и в десять раз сильнее. Она лягалась и царапала ему грудь. Он поднял ее и держал перед собой. Посмотрел ей в глаза. Внезапно она остро и болезненно ощутила, что они оба обнажены.
— Вы — маленькая ведьма! Вы сказали, что получите меня, если захотите!
— Я никогда не хотела вас! — мгновенно огрызнулась она. — Я ненавижу вас, вы мне отвратительны, я…
— Что вы со мной сделали? — требовательно спросил он.
— Ничего! — взвизгнула она в панике, слезы навернулись ей на глаза.
Ее тело, которое он держал поднятым перед собой, не сводя с нее глаз, касалось его тела. Он, похоже, осознал, что они соприкасаются. Что ее плоть касается его плоти. Он внезапно злобно выругался, бросив ее на кровать, затем подошел к ней с угрожающим видом. Она сопротивлялась изо всех сил и в ужасе задохнулась, уставясь на постель, на доказательство, что эта ночь и в самом деле не была сном.
Он наклонился над ней.
— Что вы со мной сделали? Чем вы опоили меня?
Огонь и ярость разрывали ее. Она изо всех сил дала ему пощечину, поразившись звуку, который раздался в комнате. Его руки снова ухватили ее, рывком поднимая и встряхивая.
— Не вздумайте еще хоть когда-нибудь это сделать! Я заставлю вас проклясть тот день, когда вы родились!
— Уберите прочь руки! Отпустите меня, оставьте меня в покое! Я закричу и призову короля…
— Вот оно что, короля! Именно это вы и намеревались сделать, не так ли, моя прекрасная маленькая Роза! Ну так ничего не выйдет! Я не женюсь на вас…
— Жениться на мне!
Она, должно быть, была разгневана до безумия, если все еще пыталась бороться. Но она пыталась. Она почти плакала, сознание ее помутилось, болело все, и тело, и сердце, и душа. О Боже! Она ненавидит его.