– Ты сама позвала меня, – почему-то сердито сказал Джейми.
Кристина облизнула языком влажные и немного припухшие губы.
– Да.
– Я не собирался приударить за твоей подругой, возлюбленной твоего брата.
– Я знаю, – тихо ответила Кристина.
– И не считаешь это нападением со стороны дикаря-врага?
– Я так не считаю, – ответила Кристина, покачав головой.
– Если ты когда-нибудь так скажешь, то мы оба будем знать, что ты лжешь.
– Я не имею намерения лгать.
Никогда еще не казалась она такой честной и откровенной. Едва дыша, она боялась пошевелиться, однако не отводила от Джейми широко раскрытых глаз.
– Почему ты попросила меня остаться?
– Я не знаю.
Джейми чуть переместился, чтобы немного облегчить для Кристины вес своего тела.
– Потому что… я, возможно, никогда больше не встречу такого человека, как ты, – прошептала она.
Ее слова очень удивили Джейми. Жаркая волна желания пробежала по его телу. Он нежно погладил Кристину по лицу, затем по волосам, нашел ртом ее губы, а рукой – грудь. Она запустила пальцы в его шевелюру, крепко прижала его голову к себе и сквозь ткань рубашки почувствовала его губы на своей груди. Кристина еще крепче прижалась к нему.
Он ласкал ее губами и языком, продвигаясь все ниже и ниже.
Потрясенная новыми ощущениями, Кристина тихо вскрикнула, когда кончик его языка коснулся ее набухшей от желания плоти. Кристина дышала быстро и прерывисто, сердце ее бешено колотилось. Сознание Джейми снова затуманилось, все здравые мысли, все доводы исчезли, уступив место страстному желанию. Теперь было поздно говорить о милосердии и пощаде. Он ласкал, поглаживал, дразнил, соблазнял и ждал полной ее капитуляции.
И дождался. Она резко вскрикнула, содрогнулась и излилась теплой влагой. Джейми снова нашел губами ее губы, глубоко погрузил язык в рот и одновременно разомкнул ее бедра коленом. Чуть приподняв голову, он посмотрел Кристине в лицо. Ее глаза были закрыты, а губы – чуть припухшие, влажные, манящие – приоткрыты. Он вошел в нее, погрузившись в пульсирующую влажную плоть.
Кристина впилась ногтями ему в спину. Джейми замер на мгновение, пытаясь сдержать желание. Он был уверен, что дочь хозяина такого дома, как Хэмстед-Хит, была девственницей. Иначе и быть не могло. На мгновение он испытал чувство вины, однако не слишком сильное.
Она находилась здесь по собственному желанию.
Возможно, было бы лучше остановиться, но Джейми уже не владел собой. Он погружался все глубже и глубже в ее плоть. Чувствуя, как она напряжена, он заставлял себя не спешить и продвигаться очень медленно. Наконец ее тело стало податливым, выгнулось, давая ему возможность проникнуть еще глубже. Ее запах, тепло, биение сердца, нежное дыхание разжигали желание. Кристина еще сильнее прижала Джейми к себе, словно он был ее единственным спасением. И при этом двигалась, подчиняясь естественному ритму. Джейми сделал резкий рывок вперед – и наступила разрядка.