Разбита губа. Под глазом, возможно, будет синяк. Побаливают ребра, но, кажется, ни одного сломанного. Руки-ноги целы. Только костяшки сбиты. Мелочи, в общем.
Теперь осталось выяснить, куда везут. Машину подбрасывало, качало. Сильно воняло бензином.
Антон посмотрел на часы, засек время. Его даже не обыскали.
«Если потащат далеко, надо будет выбираться. Укатают на какую-нибудь кукарача-гранде, поди разберись потом…»
Но ехали недолго.
Ракушкина выгрузили во внутреннем дворе какого-то дома и быстро затащили внутрь. Здесь уже обыскали, все, что нашли в карманах, выложили на столик, после чего примотали Антона к стулу и начали шлепать по щекам.
– Сеньор… – Мужчина, что сидел перед Антоном, заглянул в его паспорт и выговорил старательно: – Ра-ку-шкин… Сеньор!
Последовал еще один шлепок по щеке. Чтобы не доводить дело до ведра воды, Антон открыл глаза.
– Я гражданин Союза Советских Социалистических Республик. Я заявляю решительный протест. Вы не имеете права задерживать меня…
– Сеньор, сеньор! – Мужчина, сидевший перед Антоном, был крепок, узколоб и носил короткие острые усики. – Мы не полиция, чтобы вешать нам лапшу! Вы просто дадите нам то, что нас интересует, и все. Мы отвезем вас на место, откуда забрали. Или куда захотите. Совсем не нужно усложнять наше общение.
– Я вас не понимаю.
– Не понимаете испанский?
– Нет. Я не понимаю, чего вы от меня хотите.
– Всего лишь то, что вы взяли на почте. И еще задавать несколько вопросов.
– Я ничего не брал на почте. И я ни о чем не буду с вами разговаривать, пока не узнаю, кто вы такие.
– А для чего же вы заходили в почтовое отделение на бульваре Конституции?
– Отправить открытку с видом Буэнос-Айреса! – отрапортовал Антон.
– И для этого лазили в персональный почтовый ящик? Послушайте, сеньор Ракушкин, не заставляйте меня поступать с вами нехорошо. Нам нужны документы, которые вы оттуда взяли.
– Вы же меня обыскали? При мне их нет.
– А где они?
– Остались на почте. Можете туда сходить и забрать.
– Ну, во-первых, вышли вы оттуда с каким-то листком. А во-вторых, нам нужен код к ящику.
– Код я вам сообщу, а листок, который был у меня в руках, не имеет ничего общего с документами из сейфа.
– Бред. Зачем открывать сейф, чтобы ничего оттуда не взять?
– Меня интересовало другое. Вот и все.
– И что же? – Остроусый наклонился чуть вперед.
– Документы другого характера. Там всего лишь… Какие-то списки. Меня интересовали фотографии.
– Какие?
– Компрометирующие. Но их там не оказалось. Если вы не имеете отношения к этим фотоматериалам, то вас это совершенно не касается.