Пока я представляла себя верхом на белом драконе, с развевающимися на ветру роскошными волосами, преследующую полчища врагов, напавших на столицу под покровом ночи, мои губы тихонько повторяли странные слова, которые сами рождались в мозгу.
Опомнившись, я с удивлением прислушалась к собственным ощущениям. Да, сомневаться не приходилось – мое подсознание неутомимо расшифровывало заклинание. А внутри росло какое-то непонятное ликование, будто стоишь на самом краю пропасти и кажется, что весь мир под ногами принадлежит тебе.
«Элиза, ты что там притихла? – оживился в голове голос Мердока, наверняка уже заподозрившего неладное. – Можешь возвращаться, мы все обсудили и пришли к оптимальному для обеих сторон соглашению».
Губы зашевелились быстрее, выговаривая сочетания звуков, от которых жутко чесалось горло и кружилась голова.
«Да что там у тебя происходит? – не на шутку заволновался мужчина. – Что бы ты ни делала, немедленно прекрати, мне это не нравится».
Ага, сейчас. Вы когда-нибудь пробовали остановить поезд, мчащийся на полных парах? Вот и я напоминала сейчас себе именно такой поезд – с обезумевшим машинистом, который разучился тормозить.
«Ох, Элиза, я предупредил, получишь у меня сегодня по полной», – пригрозил Мердок.
В тот же миг позади раздался негромкий хлопок. Даже оборачиваться не надо было, чтобы понять – там появился черный провал телепорта.
Мое сознание тем временем отвлеченно наблюдало за увлекательнейшим зрелищем – заклинание почти подошло к концу, и слова уже не лились из горла, а громко и угрожающе выкрикивались.
– Замолчи!
Приказ Мердока почти заморозил кровь в моих жилах. Как будто я была в силах ему подчиниться. При всем желании мне не удавалось даже обернуться к нему. Взгляд намертво приковался к проклятой книге.
Шеф Управления больше не стал отвлекаться на ненужные угрозы. Он предпочел более решительные действия. Что-то мягкое и темное окутало меня со всех сторон. Я медленно осела на пол, впрочем успев выкрикнуть заключительное слово в пустоту перед собой.
Как у меня болела голова! Словно кто-то зажал ее в тиски и методично простукивал маленьким остреньким молоточком, выискивая слабые места. Я застонала и попробовала устроить гудящую голову поудобнее. Уткнув пылающий лоб в мягкую подушку, я малодушно заскулила. Кто-то неразборчиво ругнулся и сильно дернул меня за руку. Та онемела, но сразу же боль утихла, уйдя на задний план и дав мне возможность немного соображать. Это становилось на редкость нехорошей традицией – терять сознание в самый разгар расследования. В прошлый раз после нападения Фарима я и то чувствовала себя лучше. Сейчас же я даже глаза не смогла открыть. Точнее, открыть-то я их открыла, только по-прежнему меня окружала кромешная мгла.