Сунув в карман пистолет, Ирина обула кроссовки, заскочила в ванную и покинула квартиру вслед за Веней. Татьяна жила в соседнем дворе. Ирина на ходу вытащила телефон, снова позвонила ей и сказала:
– Тань, я уже иду!
– О господи, Ветрова! Хоть бы ты замуж вышла, что ли… Сейчас!
Едва Ирина повернула за девятиэтажку, как с балкона четвертого этажа высунулась опухшая со сна Татьяна:
– Ветрова, ты меня что, в гроб решила свести, да?
– Это последний раз, Тань!
В ответ Татьяна зевнула и швырнула вниз ключи от машины.
– Там в кольце квитанция.
– Ага, Тань, спасибо! Я через часик ее верну!
– Не надо через часик, лучше вечером! Я спать буду… Все!
– За машину не беспокойся! – махнула на прощание рукой Ирина.
– А чего мне за нее беспокоиться? Она застрахована, – снова зевнула Татьяна. – Разобьешь, мне еще лучше, Паша наконец новую купит. Пока!
– Пока!
Автостоянка располагалась неподалеку. Сунув под нос дежурному квитанцию, Ирина направилась к синему «Опелю Кадет». Дежурный знал Ветрову, поскольку по выходным они с Татьяной часто отправлялись на автомобильные «прогулки» по магазинам, парикмахерским и косметическим салонам. Причем Татьяна в последнее время настолько обленилась, что, как правило, за руль садилась именно Ирина.
Дружили девушки с детства, потом вместе окончили институт и вместе вернулись в Светловодск. Только Ирина пошла работать в прокуратуру, а Татьяна в юридическую консультацию. Здесь по работе она и столкнулась со своим нынешним мужем-бизнесменом.
Тот был толст, лыс и совсем не походил на принца из девичьих грез. Зато без ума влюбился в Татьяну и был готов выполнить любой ее каприз. В конце концов она сдалась и теперь ни в чем не нуждалась.
Ирину такая перспектива не прельщала. Она была из тех женщин, которые делают себя сами. И теперь она тоже собиралась действовать так, как считала нужным, не полагаясь на прихоти судьбы и туповатых по природе мужчин, мнящих себя суперменами.
«Опель» выехал со стоянки, Ирина пристроила прибор слежения на коленях. Следуя его показаниям, она приблизилась к окраине Светловодска и оказалась рядом с парком.
Занятые разговором Фрол с Якутом не заметили, как Мюллер прошмыгнул на кухню. Втягивая носом воздух, пес остановился перед Колей Арбузовым и вильнул хвостом.
Мальчик всхлипнул раз-второй и вдруг прекратил плакать. Мюллер ткнулся в него мокрым носом, облизнулся и повернул голову набок.
Коля улыбнулся – впервые за все время – и тут же схватил со стола тарелку. Не успел он протянуть ее Мюллеру, как тот цапнул яичницу и опустил ее на пол.