А вот я недолго продержусь в этом темпе. Я лихорадочно соображал, как мне выпутаться из становившейся смертельно опасной истории. И придумал.
Уйдя в очередной раз от меча, я, собрав все имевшиеся в запасе силы, резко взмыл вверх и обрушил на голову явно растерявшегося джинна огненный шар. Тот увернулся и вновь устремился на меня, крича что-то по поводу моей трусости.
Кувыркнувшись через голову, я оказался за его спиной, вызвал “копье смерти”, которое было невероятно ядовитым, и метнул его в спину не успевшего среагировать джинна.
Копье вошло почти наполовину в спину Альта Кеша, и воздух огласился страшным криком. Тем не менее Кеш показал чудеса живучести джиннов, о которой ходили легенды.
Развернувшись, он обрушил на меня лавину черного пламени. Я был совершенно не готов к подобной атаке и, признаться, растерялся. От верной смерти спас писклявый голос Гниммера, кричавшего про “зеркало”. Как же я мог забыть о нем? Все же я успел произнести слова, активизирующие заклинание, и черное пламя ударилось в зеркальный щит, появившийся передо мной. Отразившись от него, пламя обрушилось на умирающего джинна, превратив того в кусок обугленного мяса, который полетел вниз. Я немного последил за его полетом и огляделся по сторонам. Кроме сражения между повелителем Краага и королем джиннов, не было заметно никакого движения. Джинны и люди – все наблюдали за схваткой, стоя буквально плечом к плечу и на время позабыв, что они враги.
Недоверчиво покачав головой, я переключил все внимание на Махамота и Солавара. Рядом словно из-под земли внезапно появился Гниммер и присоединился ко мне. А посмотреть было на что. Солавар и Махамот не экономили свои силы и выкладывались по полной.
Напряжение магических сил было столь велико, что мне стало не по себе. Сражение, как я понял, шло в основном энергетическими заклинаниями, иногда чередовавшимися короткими схватками на мечах.
Но мечом оба противника владели в совершенстве, так что большей частью битва представляла собой взаимоуничтожение бесчисленных разноцветных молний и шаров голубого, белого и синего пламени. На вызов магических созданий ни Махамот, ни Солавар время не тратили. Вполне понятно: при подобном бое это лишь отвлекает.
Постепенно чаша весов начала клониться в сторону Махамота. Солавар все реже и реже огрызался ответными ударами, успевая только защищаться. Очередная фиолетовая молния, пущенная Маха-мотом, пробила защиту старого мага и вонзилась ему в лодыжку.
Лицо Солавара перекосила гримаса боли, и он из последних сил старался удержаться в воздухе. Ему это почти удалось, но король джиннов несколькими шарами белого пламени, взорвавшимися вокруг мага, добил старика. Взрывная волна смяла остатки защиты, и правитель Краага полетел вниз.