— Остин, говоришь?
— Да.
— Портативной аппаратуры?
— Да. Прекрасный климат, отличные условия для работы… университетский город… шанс увезти свою семью подальше от этих дождей…
— Но Конли собираются продать завод в Остине, — сказал Сандерс.
Блэкберн откинулся в кресле.
— С чего ты это взял, Том? — спокойно сказал он. — Это абсолютная ерунда.
— Ты в этом уверен?
— Абсолютно. Можешь мне поверить, продажа завода в Остине — это самая последняя вещь, которую они могли бы сделать. В этом вообще нет ни малейшего смысла!
— Тогда зачем они проводят инвентаризацию завода?
— Они все пропускают через частый гребень. Смотри, Том: Конли беспокоились о поступлении денег после покупки фирмы, а завод в Остине, как ты отлично знаешь, очень выгоден в финансовом отношении. Мы дали им все выкладки, и сейчас они их проверяют, чтобы самим убедиться, что они верны. Но о продаже не может идти и речи. Завод будет только разрастаться, Том, и ты это знаешь. Вот почему я решил, что пост вице-президента — отличное продолжение твоей карьеры.
— Но тогда я ухожу из ГНП?
— Да, весь смысл твоего перевода в том, чтобы тебя из нее убрать.
— Но тогда я не войду в новую компанию, когда Группа станет отдельной фирмой?
— Это верно.
Сандерс зашагал по кабинету.
— Это абсолютно неприемлемо.
— Ну не надо так торопиться, — сказал Блэкберн, — Давай взвесим все «за» и «против».
— Фил, — негромко сказал Сандерс, — я не знаю, что она тебе наговорила, но…
— Она рассказала мне все…
— Но я думаю, что ты должен знать…
— А я хочу, чтобы ты знал, — перебил Блэкберн, — Что я не собираюсь выносить кому-либо приговоры в связи со случившимся. Это не моя забота, и это мне не интересно… Я просто хочу решить для компании трудный вопрос.
— Фил, послушай — я не делал этого.
— Я могу понять, как ты себя должен чувствовать, но…
— Я не преследовал ее. Это она преследовала меня.
— Я уверен, — согласился Блэкберн, — что временами тебе кажется, что дело так и обстояло, но…
— Фил, я говорю тебе: она меня разве что не изнасиловала. — Сандерс уже не в силах был оставаться на месте. — Фил, это она приставала ко мне!
Блэкберн вздохнул и постучал карандашом по углу стола.
— Должен тебе честно сказать, Том, что в это верится с трудом.
— Тем не менее все так и было.
— Мередит очаровательная женщина, Том. Такая приветливая, сексуальная… Я думаю, что для мужчины простительно на несколько минут потерять контроль над собой.
— Фил, ты меня, видно, не расслышал. Это она ко мне приставала!
Блэкберн с беспомощным видом пожал плечами:
— Я тебя расслышал, Том. Я только… Мне трудновато себе это представить.