Она вдруг услышала хриплый смешок. Увидела изумленные глаза заведующей – и сама изумилась, поняв, что это ее смех, что это она смеется, оказывается. Лицо Надежды Владиславовны стало испуганным, но перестать хохотать Валентина уже не могла…
D-x-NV
ИЗ ПРОТОКОЛА ДОПРОСА МАЛЯВИНОЙ НАТАЛЬИ СТЕПАНОВНЫ
(окончание)
Расшифровка видеозаписи.
– Итак, девушка по имени Люда, с которой вы познакомились в ночном клубе «Гудок», сказала, что есть места, где можно купить любые острые ощущения – были бы деньги. Что она имела в виду?
– Ну да, я тоже у нее так сразу и спросила: а что ты имеешь в виду? Наркоту? Тогда нет, говорю, мне это не подходит, я только по маленькой изредка курну, для поднятия настроения, а всерьез не пробовала и пробовать не хочу. Жизнь дороже! Она сказала, что категорически против наркотиков, мол, это только для отребья, которому все равно дорога на помойку. Она это так серьезно сказала, я даже похлопала ей ручками и говорю: ну ты даешь, подруга! Кто бы мог подумать! А она…
– Минутку, Наталья. Почему вас удивила ее позиция? Какое вообще впечатление на вас произвела Людмила?
– Ну, она с виду вроде бы простая, как русская печь, и говорит так грубовато, акает, и мордашка у нее, честно говоря, деревянная, но, когда к ней присмотришься, сразу становится понятно, что она очень себе на уме. Такая, знаете, девочка из глубинки, которая любую городскую обштопает, потому что городские ленивые, а этим надо за жизнь очень крепко зацепиться. Деловая девка, есть голова на плечах, ничего не скажешь. То есть на нее поглядишь – вроде бы она только одно слово знает: «Почем?» А поговоришь с ней…
– И о чем же вы говорили? Продолжайте рассказывать, пожалуйста.
– Ну, короче, мы выяснили, что к наркотикам обе совсем плохо относимся. Я спросила: тогда о каких острых ощущениях идет речь? Люда отвечает: да о каких ты захочешь. То есть мы на «ты», конечно, не перешли, она ко мне на «вы» обращалась, это я так просто говорю, мне так рассказывать легче, вы понимаете?
– Это неважно, Наташа, рассказывайте, как вам удобно.
– Как неважно? Люда дистанцию очень четко соблюдала, знала свое место, ну, сразу просекла, кто я, а кто она. Именно поэтому я и поняла, что ее разговоры о той фирме не просто треп, там что-то серьезное, в смысле, это серьезная организация. Я все-таки с мужем в разных местах побывала, вы даже не представляете, как много можно по манере обслуги или клерков сказать! К примеру, приходишь в салон парикмахерский, пусть там даже цены запредельные и аппаратура невероятная, и называется он как-то по-французски или по-английски, но если мастера орут через весь зал и треплются про своих детей или мужиков, или обсуждают запойную подружайку, а в холле воняет капустой тушеной, которую кто-то разогревает себе на обед, то это все шарага с претензией, можно сразу сваливать, это простой совок, где ничего толкового тебе не сделают. А в том же «Барбарисе», про который я упоминала, хоть я его и не люблю, но там даже вышибала выглядит как интеллигент, я уже не говорю про официантов. А когда Валера – директор «Барбариса», вы его не знаете, – в зал выйдет, это вообще испанский гранд, если вы понимаете, о чем я говорю. Ну так вот эта Люда была хорошим лицом фирмы, соображаете? К ней как-то сразу возникало доверие. А уж когда она спросила, люблю ли я театр, тут я просто отпала…