Креол с Ванессой пришли в самое горячее место — к берегам речки. Здесь состоялась заключительная фаза сражения. Вокруг громоздятся кучи трупов — сплошь серые, ни единого рокушца.
Только вот странно как-то эти кучи громоздятся — словно сами вместе сползлись.
— Привет, Верховный! — донеслось из-за одной кучи.
Шамшуддин. С засученными рукавами и блестящим от пота лбом. Оказывается, маргулы тоже потеют.
Или это не пот, а что-то другое? Какая-нибудь гадость типа эктоплазмы?…
— Ну как? — с хозяйским видом оглядел бесчисленные трупы Креол.
— Работаем, Верховный! — отрапортовал Шамшуддин. — Подготовку уже заканчиваем, скоро начнем соединять!
Ванесса вздрогнула. Из темноты медленно выплыл светящийся силуэт. Тивилдорм Призрак — жуткий колдун, сыгравший в ящик еще четыреста лет назад. После боя Вон видела его только мельком, не успев разглядеть в деталях.
А вот теперь — разглядела.
— Тридцать тысяч солдат… — проскрипел замогильный голос. — Полагаю, хватит…
— Хватит? — не поняла Ванесса. — Для чего хватит? Вы что тут, всех мертвых серых собрали, что ли?…
— Не всех, дева моя, далеко не всех, — помотал головой Шамшуддин. — На поле боя погибло почти сто десять тысяч. Еще тысяч семьдесят-восемьдесят отступили на запад, в тыл. Тысяч сорок мы взяли в плен. Тысяч десять-пятнадцать утонули в реке. А остальные разбежались по окрестностям — у нас людей не хватает их всех переловить.
— Нам не нужно так много, — недовольно пробурчал Тивилдорм. — Тридцати тысяч хватит за глаза…
— Для чего хватит-то? — не дождалась ответа Ванесса.
— Владыка Креол, ваша студентка ведет себя нагло и неподобающе! — зло сощурил глаза призрак. — Это не мое дело, но я бы на вашем месте втолковал ей, что студент в присутствии старших колдунов должен вести себя так, словно его вовсе не существует! Глядеть в землю, не поднимая глаз! Говорить только когда спросят! Иметь вид скромный и послушный!
— Совершенно согласен, — мрачно кивнул Креол.
Он уже начал отчаиваться, не понимая, что происходит. Почему он, грозный архимаг, никогда никому не дававший спуску, так много позволяет этой глупой дикарке?! Почему до сих пор ни разу не ударил ее?! Халай Джи Беш лупил своих учеников до полусмерти. Креол тоже не особо щадил своего прежнего ученика, которого в конце концов разорвал демон.
Но почему, почему у него не поднимается рука на эту бестолковую ученицу?! Почему внутри такое неприятное чувство, когда она сердится или грустит?! Если бы перед ним была магесса или демоница, Креол однозначно решил бы — какие-то чары. Направленная эмпатия или еще что-нибудь наподобие.