– Думаю, что тебе было не до меня.
– Не знаю, как сказать, – вымолвил Мико. – Ты для меня как младшая сестра. Всегда рядом. Вот мы играем под кольцом. Вот ты стреляешь из ружья. Вот ты едешь верхом. Я постоянно вспоминал о тебе. Услышав об этой истории, я чуть не грохнулся в обморок. Я все время думал: как она могла так поступить?
– Да, могла, потому что я ко всему отношусь очень серьезно.
– Я тоже отношусь к жизни серьезно, Ронни. Не стоит считать меня легкомысленным. Наверное, ты думаешь, что я просто сынок богатых родителей, который только и делает, что переезжает из одного особняка в другой. Но это не так. Я серьезно отношусь к выбору профессии, поэтому знаю, что наступит день, когда я буду спасать жизни людей.
– Я могу похвалиться тем, что уже спасла, – сказала я.
– Вы очень заносчивая, мисс, – проговорил он.
– Если даже я и не считаю тебя серьезным, то какая разница? Я всего лишь девочка, которая убирала в доме твоих родителей, девочка, над которой ты смеялся со своими друзьями. Ты и заметил меня только потому, что я стала героиней драмы, попавшей на полосы газет. Я просто девчонка из соседнего дома, которую ты видел сотни раз, но рассмотрел лишь однажды.
– Я прекрасно тебя понимаю.
– Я тебя тоже понимаю.
– Но, Ронни, ты не совсем права. Сейчас я стою перед тобой и вижу тебя.
Он притянул меня к себе и поцеловал. Не так, как много лет назад. Его страстное движение напомнило мне о Кевине и Шире.
– Не здесь, – прошептала я, оглядываясь, не включен ли свет в спальне моих родителей.
Держась за руки, мы сбежали вниз к ручью.
– Я еще никогда не был в раздевалке для девочек, – заметил Мико.
– Здесь восхитительно, – ответила я, заводя его внутрь. Как я и предполагала, дети измазали стены раздевалки грязью. Все выглядело так же, как в годы моего детства.
– Здесь очень темно, и пол, наверное, в грязи.
Однако оказалось, что пол сухой. На нем лежали пластиковые коврики. Вот что значит смена поколений, решила я. Мы нашли нашу крепость из ивовых веток и легли на землю. Мико крепко держал меня в своих объятиях. Он целовал меня и гладил мне живот, а я потянулась рукой в вырез его рубашки. Мне казалось, что мы первые люди на земле. Мое тело отзывалось на его прикосновения. Это была любовь.
– Ронни, ты же мормонка! – воскликнул Мико, присаживаясь.
– И?
– Я не могу! Ты же мормонка. Ты веришь, что ангел прилетел к мальчику с больными ногами и вложил в его уста новую книгу Библии.
– А ты веришь, что ангел прилетел к девочке, чтобы сообщить ей о том, что она выносит в своем лоне сына Бога.
– Я никогда и не думал, что девственница может иметь ребенка.