Вот, блин, да это же какая-то невероятных размеров пирамида! И он вместе с Анютой торчит как раз на срезанной верхушке этой… этого… сооружения!
И тут на небо, словно граната из руки убитого великана, выкатилось маленькое ослепительно-белое солнце.
– Анюта! – заорал он так, что чуть не оглох сам и с размаху треснул сверху кулаком по панели управления. – … где мы?!!
– Ну чего ты орёшь? – осведомился тихий Анютин голос из радиоприёмника. – Все ещё спят.
– К-кто спит? – испуганно не понял Егор.
– Например, я. Ну и души твоих предков, разумеется.
– Каких ещё, на фиг, предков? Слушай, Анюта, где это мы, а?
– На Марсе.
– Ч… то?
– На Марсе, – терпеливо пояснила Анюта. – Планета такая в вашей… то есть, я хотела сказать…
– Ага! – вскричал Егор и обличающе ткнул указательным пальцем в шкалу настройки приёмника. – Вот ты и попалась. Инопланетянка!
– И вовсе я не инопланетянка, – запротестовала Анюта.
– А мы правда на Марсе?
– Правда, – тихо призналась она.
– С ума сойти. – Егор потрясённо огляделся. – Всю жизнь мечтал побывать на Марсе. Но… Как?!
– Видишь ли, я и сама толком не очень понимаю. Когда я… когда мы… ну… это…
– Ну-ну, – усмехнулся Егор и машинально подкрутил усы. – Смелее.
– В общем, когда мы соединились, и наши эмоции… как бы это выразиться…
– Достигли апогея, – подсказал Егор.
– Как? Да, пожалуй, можно и так сказать. Действительно эмоции и действительно апогея. Понимаешь, для меня это была даже не вершина, не апогей, а… взрыв. Я просто исчезла в этом взрыве. Вернее, я сама этим взрывом и была. Плюс к этому примешались ещё и твои чувства. Очень, надо сказать…э-э… своеобразные и сильные. Я ведь не читаю мысли, но состояние, чувства, эмоции… это я хорошо ощущаю даже на расстоянии. Помнишь, когда тебя били в парке?
– Тебе не кажется, что напоминать мне об этом несколько неэтично?
– А причём здесь этика? – искренне удивилась Анюта.
– Ладно, – махнул рукой Егор. – Проехали. Продолжай.
– Так вот я издалека услышала твои чувства и поняла, что тебе очень плохо. Даже направление и расстояние определила.
– По-моему, мы отвлеклись.
– Да. В общем, когда я несколько пришла в себя, то оказалось, что мы уже на Марсе.
– То есть, ты хочешь сказать, – прищурился Егор, – что мы так с тобой увлеклись, что не заметили, как в мгновение ока преодолели миллионы и миллионы километров?
– Именно.
– Велика же, блин с горохом, сила любви!
– Ты даже представить себе не можешь насколько она велика, – серьёзно подтвердила Анюта.
– А почему я тогда до сих пор жив? – опомнился Егор.
– То есть?
– То есть, на Марсе, насколько мне известно, кислорода недостаточно для того, чтобы человек мог дышать. И давление атмосфетное совсем слабое. И холодно очень, если я правильно помню.