Выйти на улицу через прихожую тем же путем, каким я попала в дом, значило заигрывать с судьбой, испытывать ее терпение… И правило есть — не возвращаться…
Я подошла к единственному в кухне окну и глянула наружу. С этой стороны дома существовало свое, естественное, освещение. Луна выглянула в облачный прогал и осветила место для будущего сада. Обширная, как небольшая площадь, территория, идеально ровная и огороженная все теми же тонкими бетонными плитами. Первый этаж. Жаль, форточка узковата. Могу застрять. И на помощь не позовешь — не тот случай.
Из гостиной донеслось бормотание телевизора и обрывки музыки. Так бывает, когда «ездят» с канала на канал, выбирая что-нибудь подходящее, и ни на чем не могут остановиться.
С правой стороны окна рама имела перегородку, но без петель и ручки. Два шпингалета внизу заставили меня поломать голову, но вскоре разгадка была найдена — эта часть рамы поднималась и крепилась в верхнем положении достаточно надежно, чтобы, вылезая наружу, придерживаться за нее руками.
Телевизионный толмач вещал об исполнителях главных ролей в фильме «Поющие в терновнике». Видео?
Я с трудом верила ушам. Бонза, людоед питерский, смотрит экранизацию Маккалоу!
Отчаянно озорная, почти глупая мысль заставила меня остаться в кухне. Но окно я закрывать не стала, проверила только, легко ли опускается рама. Это для того, чтобы в случае побега иметь в запасе возможность обрушить ее за собой на голову преследователя. Когда я вновь закрепляла ее в верхнем положении, со двора на подоконник вспрыгнул здоровенный черный котище. Он пристально посмотрел на меня, разинул пасть в скрипучем, почти беззвучном «мя-а!» и уверенно соскочил с окна на пол.
— Привет, Томас, — поздоровалась я с ним, как с человеком, прикидывая, к добру ли его появление и каким образом можно использовать кота в своих целях.
Пока Том по-хозяйски проверял, что появилось в кухне нового за время его отсутствия, я закрыла дверь в спальню, чтобы не улепетнул он отсюда прежде времени, и почти на ощупь, но уже достаточно уверенно подобралась ко второй двери. Приоткрыв ее, глянула одним глазком — безопасно. Совсем пустая комната, если не принимать во внимание здоровенный трехстворчатый шкаф. Оттуда прямой выход в гостиную. Торшер или бра там горит. Освещение мягкое и неяркое. Прекрасно слышно, как по телевизору Джек и Хьюги со смехом пристают к Мэгги, требуя что-то им показать.
Третья дверь вела в коридорчик, начинающийся в прихожей. Пробираясь по нему сюда, я ее не заметила. Путь из дома, таким образом, для меня открыт, но уходить, не набезобразив, мне уже не хотелось.