— Вообще, можно сказать, бастард, — усмехнулся Дима. — Незаконнорожденный. Представляешь, Оля, моя мама — ну ты видела ее сегодня, да? — сказала, что они с моим отцом не были зарегистрированы.
— Ну и что? — пожала плечами Ольга. — Сейчас многие так живут.
— А почему они не были зарегистрированы? — медленно спросила я.
— Не знаю, — пожал плечами Митя. — Наверное, хотели сохранить друг для друга формальную свободу. Другого ответа я не нахожу.
— Нет, — покачала я головой. — Вспомните, что сегодня говорила вам Мария Ахметовна: он не хотел ее отпускать. Не дал денег. Оставил себе сына. Тут что-то не так. Сейчас действительно многие живут, не расписываясь. Но тогда времена были другие.
— Да, как-то странно получается, — почесал в затылке Митя. — Я вот сейчас вспомнил, когда отец заполнял какую-то анкету, то написал в графе семейное положение: «Женат».
— Едем к тебе, — решительно сказала я, заводя мотор. — Сейчас мы все и узнаем. Господи, как же все, оказывается, просто!
Машина подъехала к дому Корнелюка через двадцать минут. Все это время я молчала, между тем как в моей голове радостно звучали победные фанфары.
Кажется, я догадалась… Догадалась обо всем — и о мотивах, и о человеке, имя которого так и не успел мне сообщить Жорж.
— Дмитрий Владимирович? — Открывшая нам дверь Ангелина Павловна была испугана. — Вы снова так поздно… Мне уже пора домой… Да и вы не пришли к обеду… Хоть бы позвонили…
Но увидев, что «молодой хозяин» пришел не один, а вместе со мной и с Ольгой, Ангелина Павловна вконец растерялась. Но мне некогда было вдаваться в объяснения — как-нибудь потом разберутся.
— Паспорт! — потребовала я. — Немедленно принесите сюда паспорт!
— Сейчас, — захлопала глазами Ангелина Павловна. — Вот он у меня, в пальто…
— Да не ваш, — крикнула я, — засуньте его… обратно в пальто. Мне нужен паспорт Владимира Георгиевича. Вы знаете, где лежат его документы?
— Знаю, — в испуге кивала головой Ангелина Павловна, — и Дмитрий Владимирович тоже знает, разумеется. Там, в конторке…
Дима пулей пронесся по комнатам и вернулся через несколько секунд. Тяжело дыша, он протянул мне краснокожую паспортину.
Я быстро раскрыла ее на девятой странице, холодея от предчувствия, что сейчас я увижу перед собой чистый лист и все придется начинать сначала.
Но мне повезло. На девятой странице с подзаголовком «семейное положение» стоял квадратный лиловый штамп. Подойдя поближе к настенному светильнику, я поднесла документ к лучу света и прочла:
— «Зарегистрирован брак… с Самсоновой Т.С.».
Ларчик-то просто открывался!