— А кто виноват? — сквозь зубы процедил Серафим.
— Ты правда хочешь знать? — вздохнул Дато.
— А ты?
— Я, командир, это давно знаю… — укоризненно покачал головой грузин.
— Извини, братишка, — Серафим похлопал его по спине: вспомнив его историю…
* * *
Дело в том, что Дато Колондадзе пришёл к ним совсем недавно: он был переведён из соседней части после того, как его разжаловали из старших лейтенантов в младшие сержанты. Сам Дато не хотел рассказывать о том, что произошло такого, за что у него отобрали офицерские погоны, но, как говорится, тайное всегда становится явным…
Не прошло и недели, как Серафима посветил в историю Дато Колондадзе один из офицеров штаба…
Однажды в ту часть, где служил Дато, приехал с проверкой какой-то генерал из Москвы. И вот в какой-то жаркий день, вероятно, немного сдвинувшийся от жары, да ещё и изрядно набравшийся алкоголем, этот московский генерал решил выпендриться перед понравившейся ему молоденькой докторшей. Увидев проходящего мимо Колондадзе, генерал грубо окликнул старшего лейтенанта и приказал ему построить свою роту на плацу перед самым штабом и пройтись перед ним парадным строем.
А рота Колондадзе только что вернулась из трехдневного похода, во время которого потеряла нескольких солдат, напоровшись на засаду.
По возвращении из того похода комроты Колондадзе первым делом вручил командиру дивизии долгожданные сведения о противнике. Доставленные сведения оказались столь важными, что Колондадзе получил от командования не только устную благодарность, но и существенное поощрение: его роте приказали отсыпаться двое суток.
И вот, возвращаясь от командира дивизии, старший лейтенант Колондадзе вдруг слышит дурацкое распоряжение подвыпившего генерала и, конечно же… посылает его вдоль «по матушке».
Можно и к бабке не ходить, чтобы догадаться, что эта штабная крыса, униженная перед докторшей, естественно, не спустит этой дерзости старшему лейтенанту. И московский генерал, даже не дождавшись утра, которое «мудрёнее вечера», накатал рапорт на старшего лейтенанта Колондадзе, красочно расписав все его преступные поступки.
Несмотря на все усилия комдива заступиться за своего командира роты, мстительный московский проверяющий не только пустил рапорт по команде, но лично проконтролировал, чтобы Колондадзе разжаловали и перевели в другую часть. Единственное, что удалось на прощанье добиться комдиву, чтобы Колондадзе разжаловали не в рядовые, а в младшего сержанта…
— Не копи в себе злость, дорогой Дато, — напутствовал перед расставанием комдив. — Мы с тобой не для таких генералов служим, а отдаём долг своей Родине и своему народу! Я более, чем уверен, пройдёт время и ты снова станешь офицером!