— Боюсь, Хамфри потребует от вас большего, чем вы ожидали.
— Нет-нет, год службы входит в мои планы, — весело засмеялась Хлорка. — Я готова на все. Это продлит мое приключение.
Вира подвела их к некрасивой женщине, штопавшей гору носков:
— Мать София, к нам посетители.
София подняла глаза:
— Ты уверена, что хочешь задать Вопрос Ему Самому? Он потребует от тебя год тяжелого труда.
— Конечно, — подтвердила Хлорка. — Я только этого и хочу. Чем больше приключений, тем лучше.
— Что ж, как пожелаешь. Вира отведет вас к нему.
Слепая девушка провела их по каменной лестнице в тесную комнатку. В потемках, уткнувшись носом в огромную книгу, сидел Добрый Волшебник Хамфри. Он посмотрел на вошедших.
— Я вас слушаю, — пробурчал он.
— Где моя последняя слеза? — бойко спросила Хлорка.
— У тебя в глазах, она поделена между ними и увлажняет их. Половина ее находится в одном глазу, половина в другом. Без нее ты ослепнешь.
Хлорка удивилась:
— Никогда раньше об этом не задумывалась! Конечно, это именно так.
— Именно, — проворчал Хамфри. — А теперь иди к котапульте и спроси ее про свою службу.
Но Хлорка вежливо, но не очень вежливо возразила:
— Я знаю, что должна отработать год. Но не за этот же вполне очевидный факт? Это нечестно.
— Пожалуйста, не спорь, — забеспокоилась Вира. — Он от этого начинает кипятиться.
— Но я все равно отвечу, — закипятился Хамфри. — Ты знала условия заранее, так что если ты профукала шанс задать Действительно Важный Вопрос и получить Действительно Важный Ответ, то во всем виновата только ты сама!
— Конечно, все верно, — согласилась Хлорка. — Я знала условия. Извините, пожалуйста, за дурацкие придирки.
Хамфри снова оторвался от своей книги и взглянул на нее. Его глаза уже потускнели от старости, а белки покрылись фиолетовой сеточкой сосудов. Но внезапно, при виде Хлорки, они вдруг заблестели, все признаки возраста исчезли.
— Вот это да! — удивленно воскликнул он. — Да ты прехорошенькая! Глаза отдыхают: праздник души, именины сердца!
— Это Филе спасибо, — смутилась она, неприятное ощущение перебранки стерлось бесследно. — На самом деле я страшная и глупая.
— Да уж. Но раз ты дала отдых моим уставшим глазам, я отвечу на твой Вопрос подробнее. Он не такой уж бесполезный, каким может показаться. Ты можешь плакать, можешь пролить свою последнюю слезу, если сочтешь нужным. Но мне кажется, что ты не сделаешь себя такой несчастной.
— Ни за что! — воскликнула Хлорка.
— Я в этом не совсем уверен и поэтому предупреждаю тебя: может прийти такой момент. Подумай, прежде чем расстаться с ней.