Он оказался еще красивее, чем представлялся в воспоминаниях, и так же хорошо одет, как тогда на танцах. Он бы чудесным молодым человеком, очень к себе располагающим, а тем, как он повел себя с Тео, он понравился ей еще больше. Одра улыбнулась. «Понравился» было совсем не то слово. Оно не передавало ее чувств. В зоомагазине она поняла, что влюбилась в него. Краем глаза она взглянула на Винсента. Он был для нее единственным мужчиной.
Единственным мужчиной, который навсегда останется для нее желанным.
Она подняла глаза на Винсента, и он тоже посмотрел на нее. Их взгляды слились. Он нежно улыбнулся ей. И она улыбнулась в ответ с некоторой робостью. В эту минуту они прочли мысли друг друга и, не отводя глаза, затаили дыхание. А затем, все поняв без слов, моментально отвернулись и продолжили свой путь в молчании, глядя прямо перед собой.
Немного спустя Винсент заговорил:
– Я надеюсь, что не покажусь вам слишком любопытным, если спрошу, как долго вы работаете у Беллов?
– Год, – ответила Одра. – В действительности, мистер Краудер, сегодня ровно год, как я начала работать в Калфер-Хаузе. Потому я и купила Тео птицу – это подарок к годовщине.
– Это они должны делать вам подарки, – резко вырвалось у него. И сам не зная почему, он почувствовал, что в нем поднимается неприязнь к семейству Беллов.
Одра уловила эту странную неприязненную интонацию и взглянула на него с любопытством, на какой-то момент озадаченная. Но затем она мило улыбнулась и произнесла:
– Они сделали, мистер Краудер. Сегодня утром за завтраком.
– Ну хорошо, меня это радует. – Винсент довольно громко откашлялся и продолжал: – Вы ведь не здешняя, я определяю это по вашей речи. Вы говорите без лидского акцента. Так откуда вы?
– Мой родной город – Рипон, там я и жила до прошлого года. А вы бывали в Рипоне, мистер Краудер?
– Да, бывал, на скачках. Это красивое место, – в его зеленых глазах появился задорный блеск, – и везучее для меня. Не скрою от вас, мне всегда удавалось выиграть шиллинг или два на рипонских скачках, к тому же там очень приличные пабы.
Одра кивнула.
– Да. А вы отсюда, мистер Краудер?
– О да, я местный. Родился и вырос в Армли. И, послушайте, вы не будете против, если я попрошу вас называть меня Винсент? Каждый раз, когда вы говорите мистер Краудер, мне кажется, что вы обращаетесь к моему папе.
Одра рассмеялась.
– Конечно, я не против, а вы должны звать меня Одрой.
– Договорились, – воскликнул он и, внезапно остановившись, взял ее руку.
Она нахмурилась.
Винсент быстро проговорил:
– Хотите пойти куда-нибудь со мной сегодня вечером, Одра. Мне бы хотелось пригласить вас в какое-нибудь хорошее место. Может быть, в Лидс – потанцевать? Скажите, что вы согласны. Пожалуйста. – Он улыбнулся своей самой обезоруживающей улыбкой, не сводя с нее глаз.