Он поставил доску так, что фигуры из слоновой кости оказались перед Идэйн, а фигуры из черного дерева перед ним. Она уставилась на них. Все, что ей приходило в голову, – это то, что уже поздно, скорее раннее утро, чем ночь. Если не считать поварят и лакеев, ходивших по двору, весь замок был тихим и темным. Дворяне, солдаты и все остальные гости спали после роскошного королевского пира.
Теперь, когда король Генрих наконец оказался здесь, в Честере, и, более того, в ее башне, Идэйн ждала от него тех же вопросов, что ей задавали тамплиеры, она ждала, что он тоже будет требовать от нее предсказаний будущего и сотворения чудес. Вместо этого король явился с шахматной доской, как видно, желая создать у нее впечатление, что единственная его цель – поиграть с ней в шахматы.
Боже милостивый! А что, если это и вправду так? Короли могут делать, что хотят. Они привыкли потрафлять любым своим прихотям, неважно, имеют они смысл или нет.
Идэйн смотрела, как широкая и сильная веснушчатая рука, поросшая рыжими волосами, поднимает ладью и делает ход.
Король Генрих, не оборачиваясь, бросил через плечо:
– Де ля Герш, здесь был один отшельник из Линдесфарне, который мог предсказывать ходы во время игры в шахматы. Это было весьма любопытно. Я велел привести старика к себе и сказал ему, что меня интересуют непознанные созвездия Божьих законов природы и что я желаю изучать их. Потом мы играли с ним в шахматы много ночей кряду. Естественно, что я ни слова не говорил об этом церковникам, опасаясь, что они разгневаются, узнав, что их государь увлекся столь еретическим развлечением, как игра в шахматы с немытым отшельником с северных островов. Мне хотелось посмотреть, как он предсказывает ходы в столь простой забаве, как шахматы. Я играл в них с этим отшельником много месяцев, но через некоторое время старец отупел и перестал соображать. И я с сожалением был вынужден отослать его восвояси.
Король поднял королеву Идэйн из слоновой кости, осмотрел фигуру и вернул ей. Тамплиер спросил:
– И что же, государь, он мог угадать, какие ходы вы сделаете?
– Ах, да, как-то мог, – ответил король, не поднимая головы. – Однако несмотря на то, что в этой игре он обладал особой силой, во всем остальном мало что мог. Похоже, что его дар ограничивался игрой в шахматы. Мой оруженосец юный де Клэр говорил, что он жульничает, что он видел, как старик менял фигуры местами.
Асгард нахмурился.
– И кому же вы поверили, ваше величество?
– Я уже сказал тебе. – Генрих поднял чашу, и тамплиер поспешил наполнить ее вином. – Аристотель, греки и египтяне, и в особенности зороастрийцы, изучали естественную природную магию, но кельты, живущие в Британии, похоже, ничего о ней не знают. Как нация они чрезвычайно отсталы. У них не развиты ни алхимия, ни астрология и очень мало развито то, что они называют «колдовством». Все, что они знают и умеют, они приписывают волшебной расе фей, восходящей к туманной древности, так называемому «маленькому народу» или волшебным птицам, или тем, кого они называют «сидхе», то есть те, кто живет среди каменных кругов и древних гробниц и якобы происходит от ирландского народа волшебников. Но так или иначе у них нет полных знаний. И это досадно. Мне доводилось читать Гермеса Трисмегиста