Вместо этого он поклонился.
— Боннингтон, к вашим услугам. Джина. — Он подал ей руку.
Но она не принята ее, сознавая, что, если уйдет сейчас с Кэмбм, помолвка будет разорвана. Подтверждение этому Джина прочла в глазах жениха, потемневших от бешенства.
— Себастьян, — дрожащим голосом сказала она, — по-моему, я не так спокойна, как мне бы хотелось. Ты не прогуляешься со мной по саду?
На его лице не отразилось даже признака торжества. Он протянул ей руку.
— С большим удовольствием.
Кэм отступил, снова поклонился и смотрел им вслед, пока обнаженная спина жены не исчезла в толпе разодетых аристократов. Опустив руку, он молча изучал слегка дрожащие от напряжения пальцы. Герцог справился, не ударил возомнившего бездельника, за которого хотела выйти его Джина. Он нахмурился. Его Джина? Только в юридическом смысле, и то ненадолго.
Судя по всему, ей нет до него дела, она ушла со своим маркизом, даже не оглянувшись.
Кэм стиснул зубы. Его пальцы опять инстинктивно сжались в большой угрожающий кулак.
Глава 13
Разговор под дождем и его результаты
Летний дождь начался в тот момент, когда Джина с Себастьяном вышли из дверей салона на террасу. Какое-то время они смотрели, как тяжелые капли покрывают темно-серыми пятнами каменный пол, как под их легкими ударами вздрагивают красные розы в саду. Наконец Джина глубоко вздохнула и попыталась успокоиться. Сейчас ей необходимо хладнокровие.
— Начинается дождь, — произнес Себастьян, переминаясь с ноги на ногу.
«Он не уверен во мне, — подумала Джина, — он знает, что я почти бросила его».
— Я все еще хочу, чтобы мы поженились, — сразу перешла к делу она.
Но, честно говоря, Джина сомневалась в правдивости своего утверждения. Его рука, за которую она держалась, инстинктивно дрогнула.
— Конечно, если ты этого хочешь, — прибавила Джина.
— Разумеется, хочу, — бросил Себастьян без своей обычной любезности.
Услышав сзади приближающиеся голоса, они посторонились, чтобы пропустить группу барышень в прозрачных нарядах, которые высыпали посмотреть, как тяжелые капли падают на землю.
— Что за неприятность! — воскликнула одна. — Тут все мокрое!
Они с веселым смехом вернулись в уют салона, не преминув кинуть любопытные взгляды на герцогиню Гертон и ее спутника. Джина слышала, как чей-то голос, прозвучавший громче, чем намеревалась его обладательница, произнес:
— Она не так уж стара, Августа. Не думаю, что ей больше двадцати пяти…
— Не желаешь прогуляться? — спросила Джина, поднимая глаза на Себастьяна.
— Ты простудишься, — нахмурился он. — Ты слишком легко одета.
— Нет, воздух совсем теплый. Обещаю тебе не простудиться. Я с самого детства ни дня не болела.