– Я не боюсь твоего брата, – продолжал он разговор, не замечая опасности.
– Ну и дурак! – бросила Фиона. – Ты не только Коннора должен бояться, но и всех Макенроев, всех их союзников и всех родственников Джиллиан. Больше тебе скажу: ты уже ходячий труп. И запомни, я никогда не соглашусь стать твоей. Я скажу тебе «нет» и буду повторять это слово до последнего твоего вздоха, который, надеюсь, наступит очень скоро.
– Ты моя!
– Нет, мерзавец, она моя!
Фиона глазам своим не поверила. Не может быть, чтобы за спиной Мензиса стоял Эван, что его люди разоружили отряд Мензиса! Она ничего не видела и не слышала. Похоже, Мензис и его охрана тоже. Внезапно она почувствовала, как чьи-то сильные руки схватили ее за запястья, и, испуганно ахнув, попыталась высвободиться. Однако, повернув голову, она увидела ухмыляющегося Саймона, который сидел на ветке и тянул ее вверх. Оказавшись на ветке, она уселась с ним рядом.
– Твоя жена очень ловкая, – заметил Фингел, глядя, как Фиона спускается следом за Саймоном по стволу дерева.
– Твоя жена?! – Мензис, не веря своим ушам, уставился на Эвана.
– Да, моя жена, – подтвердил Эван. – И ни одному мужчине не понравится, когда какой-то идиот крадет его жену.
– Нет! Она моя! Я первым сделал ей предложение!
– Но тебе она отказала, а за меня вышла замуж.
– Пойду помогу твоей жене одеться, – проговорил Фингел и направился к дереву. – Прекращай болтовню и убей этого подонка.
Эван лишь кивнул. Именно это он и намеревался сделать и именно это обещал Фионе. Ему хотелось заставить Мензиса страдать за все то зло, которое он причинил Фионе, нанести ему такие же шрамы, какие он нанес ей, пусть помучается, но он подавил это желание. Не стоит позволять гневу и страху властвовать над собой. Лучше всего побыстрее расправиться с этим подонком и отвезти Фиону обратно в Скарглас.
Внезапно послышался звон шпаг, и Фиона пронзительно вскрикнула. Она хотела было повернуться лицом к сражающимся мужчинам, однако сэр Фингел не дал ей этого сделать, крепко сжав руками ее плечи. Фиона хотела запротестовать, высказать свекру все, что она о нем думает, но заставила себя сдержаться. Если она будет наблюдать за битвой Эвана и Мензиса, она может вскрикнуть или еще каким-то образом отвлечь внимание мужа, и это дорого ему обойдется. Несмотря на то что ей не раз говорили, насколько опасно отвлекать человека, который ведет бой, Фиона не была уверена, что сумеет сдержать эмоции, наблюдая за битвой любимого человека с Мензисом, битвой смертельной, которая закончится лишь победой одного и гибелью другого. Она упрямо повторяла про себя, что Эван выиграет сражение, убьет Мензиса, и решила подготовиться к тому, чтобы немедленно отправиться с мужем в путь, когда с противником будет покопчено.