Старик, громко проклиная невезение, швырнул на стол карты и повернулся к Джессу.
— У меня в кухне полная бутыль. Здорово помогает от ревматизма. По-моему, боль уже начинается!
Он с трудом встал, отодвинул расхлябанную табуретку и объявил, уничтожающе сверля взглядом бесхитростную черную физиономию Шеннона:
— Карты не убирай. Сейчас вернусь.
По пути к лачуге повара Джесс взглянул на ярко освещенные окна большого дома на холме. Теплый летний ветерок донес обрывки мелодии. Вальс…
Уксусный Джо открыл двери, но неожиданно остановился и пристально уставился на спутника:
— Ты нравишься мне, Роббинс, но я пришел на «Джей Бар» еще до рождения малышки. Она всегда была сорвиголова, и что до меня… можно понять, почему она на тебя глаз положила. Только ни до чего хорошего это не доведет.
— Думаешь, я этого не знаю? — вздохнул Джесс, — И не говорил ей об этом?
Выплюнув комок жвачки, Джо усмехнулся, вытер рукой клочковатую седую бороду;
— Мисс Лисса не из тех женщин, кто соглашается с отказом.
И внезапно посерьезнев, снял с полки у двери увесистую бутылку виски, сделал большой глоток и протянул Джессу.
— Она молода и забила себе голову глупой бабьей чепухой, когда жила на Востоке! Не причиняй ей зла, Роббинс. Да и себя побереги! — посоветовал он, тяжело вздохнув.
Джесс припал губами к горлышку. Дешевое крепкое виски обожгло горло; желудок мгновенно охватило пламенем.
— Спасибо, — кивнул он, отдавая бутылку старику.
Уксусный Джо с кривой улыбкой, открывающей неровные коричневые зубы, между которыми чернели прогалы, сунул бутылку Джессу.
— Возьми себе. Мне нельзя напиваться! Должен же я выиграть недельное жалованье у этого черного сукина сына! Судя по всему, тебе виски нужнее. Только никому не проговорись, что я дал спиртное инджуну!
Джесс отсалютовал удаляющейся спине Уксусного Джо, ковылявшего к дому ковбоев, и направился вдоль ограды загона к кузнице Джетро Баллиса. Самое подходящее, достаточно уединенное место, чтобы надраться как следует.
— Будь у меня хоть капля мозгов, поехал бы в Шайенн и трахал там Кэмми, пока оба не свалимся! — пробормотал он, сделав огромный глоток спиртного. — Вроде па вкус не так уж противно!
Джесс отыскал спокойный уголок у грубо сколоченной щелястой стены кузницы и уселся, не в силах заставить себя не глядеть на вершину холма, откуда доносились смех и музыка.
Должно быть, она окружена ухажерами, танцует с Лемюэлем Мэтисом. Мысль о больших квадратных ручищах Мэтиса на талии Лиссы заставила внутренности перевернуться. Джесс поднес к губам бутылку, невероятным усилием воли пытаясь выбросить из головы мысли о девушке.