Адди с любопытством наблюдала за тем, как эмоционально Чэд говорил. Он показался ей очень симпатичным мужчиной, примерно того же возраста, что и она сама. У Торнера было смуглое квадратное лицо с высоким лбом, а его карие большие глаза окаймляли красивые фигурные брови. Волосы Чэда, густые, с коричневым отливом, были зачесаны назад. Он выглядел довольно крупным, с широкими плечами и грудью, мускулистыми ногами и руками мужчиной. Ростом он был выше среднего, но, по крайней мере, не ниже Адди. Неожиданно Адди обнаружила, что серьезно решила сравнить Чэда с Уиллом, и это сравнение оказывается не в пользу Чэда… Уилл был и выше, и стройнее, а черты его лица приближались к совершенству. Лишь один взгляд его глаз заставлял биться сердце Адди с большей страстью.
Адди попыталась избавиться от образа красавца-ранчера, преследовавшего ее воображение, но он все равно стоял пред ее мысленным взором, как живой. Она видела его оседлавшим коня. Вспомнила, как он ловко влезал на крышу хижины, как ходил по двору, какой уверенной при этом была его легкая походка… А его руки! Он наматывал поводья на руку, его длинные пальцы крепко держали любой предмет. Словно наяву Адди видела золотистые волосы Райдэра, свисающие всклоченными лохмами на воротник рубашки. Она думала о том, что Уиллу не мешало бы постричься и причесаться.
— Я вот еще пристроил к своей усадьбе одну комнату и флигель этим летом. Даже колы деревянные кругом сделал. Думаю, если взять в расчет скорость, с которой прибывает население Хоумстэда, дела мои вскорости определенно пойдут в гору. Конечно, многие скажут: ну что там такого, если он кузнец, но я очень люблю работать, делать что-нибудь руками, да и с животными повозиться мне в удовольствие. Все это лишь придает мне уверенности в будущем. Ну, вот например, вчера… — рассказывал о себе Торнер.
Адди рассеянно слушала Чэда и думала о своем. Уилл был куда сдержаннее импульсивного кузнеца, он больше говорил глазами. Адди вспомнила, как трудно ему давались слова, когда Уилл делал ей предложение. Внутри у нее даже как-то похолодело при воспоминании об этом. Адди почему-то не хотелось думать об этом дне. Их разговор был для нее слишком болезненным и неудобным… «О, если бы всего этого не произошло в ее жизни», — мечтала Адди. Больше всего ей хотелось не быть такой доверчивой, глупой, вообразившей, что у Уилла Райдэра могли возникнуть к ней какие-то нежные чувства…
— Мисс Шервуд! Вы меня слушаете? Адди вздрогнула, возвратившись к реальности при звуке голоса Чэда Торнера.
— Что-нибудь не так?