— Очаровательно! Наверное, я должна чувствовать себя гораздо лучше, зная, что он собирался обмануть только своих подельников.
— Не забывайте, что это лишь мои предположения. Но одно я знаю точно. Когда бандиты убегали, мой отец достал из письменного стола пистолет и выстрелил в того преступника, который держал в руках ожерелье. Пуля попала ему в ногу. Грабитель упал, но его сообщник успел скрыться. А настоящие рубины так никогда и не покидали комнату.
— Что случилось с человеком, которого подстрелили? — спросила Эмелайн.
— Когда он выздоровел после ранения, его судили и приговорили к двадцати годам каторжных работ.
Услышав про каторжные работы, Эмелайн вспомнила о Сэмюэле Тернере, брате дворецкого. Она ведь хотела рассказать Лайаму о том, что Вернон Брофтон шантажирует слуг.
— Это напомнило мне кое о чем, что я хотела рассказать вам. Я думаю, что вы должны…
— Лайам! — позвала Кордия, появляясь на лестнице. — Как я рада, что ты здесь! Миссис Пратт желает сойти вниз, ей надо помочь.
Посмотрев извиняющимся взглядом на Эмелайн, он быстро взбежал по лестнице. Лайам помог миссис Пратт спуститься и проводил ее в гостиную. Затем он усадил миссис Пратт в кресло с подставкой для ее сломанной ноги. Лайам тут же извинился и сказал, что ему пора идти. Его ждут друзья, с которыми он обещал поужинать и сыграть в вист.
— Я действительно должен идти, — сказал он.
Эмелайн проводила его до двери.
— Я опаздываю, — добавил Лайам. То, что вы хотели мне рассказать, Эмелайн, это может подождать, например, до завтра?
— Да, конечно, — ответила Эмелайн. — Это ждало и так уж очень долго, может подождать и еще! Значит, до завтра, вы говорите?
Лайам взял цилиндр с вешалки, оставив на столике ожерелье.
— Завтра, — сказал он, — мы идем с вами осматривать Вестминстерское аббатство.
Ее охватил восторг при мысли провести все утро с Лайамом.
Эмелайн сказала:
— Я, наверное, совсем потеряла голову, сэр, если не помню, как вы спрашивали разрешения меня сопровождать.
— Нет, я не спрашивал, — согласился он сразу и весьма миролюбиво. — Я хочу спросить только, как насчет одиннадцати часов? Если вы думаете, что вам угрожает опасность быть упрятанной в тюрьму за преступления моего кузена, то на такие пустяки, как приглашение и выражение согласия, просто нет времени. Безусловно, вам нужно туда поторопиться.
— Безусловно? — спросила она скептически. — Интересно, почему?
— Это чистая логика, — ответил он невинным тоном. — В камере у вас будет достаточно времени, чтобы подумать.
Эмелайн хмыкнула:
— Ужасный мужчина!
— Совершенно верно, — согласился он. — Все-таки вам не надо было выходить за него замуж.