– Я требую!
– Можете требовать хоть целый день – только напрасно потеряете время. Сегодня у вас и так хватает работы. Не валяйте-ка дурака вы сами, Билл! Я уже не раз занимался расследованием просто так, для собственного удовольствия. И неужели выдумаете, что теперь, когда у меня стащили по меньшей мере на триста пятьдесят тысяч франков, я буду спокойно сидеть в уголке? Даже не надейтесь!
– Что ж, пеняйте на себя! – рявкнул Бристоу.
– Итак, насколько я понимаю, мы друг друга предупредили? – насмешливо улыбнулся Джон. – Я хотел бы, чтобы вы объяснили мне одну вещь: почему вы сегодня с самого утра обращаетесь со мной так, будто я, по каким-то совершенно непонятным причинам, ограбил собственную бронированную комнату?
Бристоу задумчиво потер подбородок и, немного поколебавшись, медленно проговорил:
– Допустим, Мэннеринг... Имейте в виду, это просто предположение! Так вот, допустим... что этой ночью вы случайно оказались возле "Куинс"... Вы входите...
– Бью по голове Лэррэби...
– Не говорите глупостей! Нет, вы замечаете, что бронированная комната открыта, спускаетесь и видите грабителей...
– Понял! – прервал его Джон. – Значит, я всаживаю каждому по пуле в затылок – это как раз очень на меня похоже! – потом краду собственные драгоценности, чтобы вытянуть деньги из страховой компании, а заодно оставляю на месте истекающего кровью беднягу Лэррэби... Прежде чем нести подобный вздор, суперинтендант, вам, быть может, следовало бы поинтересоваться, как я провел вечер? Так вот, до двух часов ночи у нас в гостях сидели Плендеры. А потом, в половине четвертого, этот кретин Тоби Плендер позвонил по телефону и разбудил меня только для того, чтобы спросить, как называется последний роман, получивший Гонкуровскую премию. Как будто он и в самом деле собирается это читать! Стало быть, мне пришлось бы прикончить двух грабителей между четырьмя и шестью или семью часами... Что ж, разумеется, в этом нет ничего невозможного!
И Джон с яростью загасил окурок в пепельнице.
– Это было всего-навсего предположение, – смущенно проворчал Бристоу.
Стук в дверь прервал этот разговор, начинавший принимать дурной оборот. На пороге появился тот самый "цербер", которого Джон уже видел у входа в магазин, и сообщил, что какой-то джентльмен хочет видеть мистера Мэннеринга.
– Мистер Мэннеринг занят! – прорычал Бристоу. – А что за джентльмен, Уолтер?
– Он не пожелал назвать свое имя, сэр, – с легким укором в голосе ответил полицейский.
Бристоу только и ждал предлога, чтобы взорваться.
– Вы принимаете посетителей, которые отказываются сообщить полиции свое имя, Мэннеринг? Поздравляю! У вас отличные знакомства!