– Беспокоился, – прервал Брэнд. – Даже больше, чем хотел бы признать. – Он многозначительно посмотрел на жену. – Намного больше.
Ричард перевел взгляд на дочь, но та понятия не имела, о чем они говорят, поэтому не ответила. Пораженный извинениями Брэнда и открытым признанием в любви к Бринне, старый рыцарь не знал, что и думать.
– Хорошо. Я принимаю ваши извинения.
Брэнд одарил его веселой улыбкой, потом шепнул Бринне, что хочет поговорить с Данте, и оставил жену наедине с отцом.
– Что между вами произошло? – спросил Ричард. – Клянусь, он выглядит как томящийся от любви оруженосец.
Сердце у Бринны подпрыгнуло, она не сводила глаз с мужа, который садился рядом с братом.
– Думаю, он превращается в Тритона. – Слезы дочери тронули Ричарда, хотя он не понял, о каком тритоне она говорит. – Я люблю его, – объяснила Бринна. – И кажется, он начинает отвечать мне взаимностью.
Отец улыбнулся и положил руку ей на плечо.
– Это совсем не трудно, Бриннафар.
– Очень трудно. – Она наконец поверила, что муж не любит Колетт. – Ее измена держала его в плену.
Ричард проследил за взглядом дочери. В зал входила Колетт де Марсон под руку с сэром Джеффри Хемлином, одним из тех, кто сопровождал ее в Эверлох. Изящная фигура, волосы короной уложены на голове, в глазах – очарование и невинность ребенка. Бринна могла понять, почему Брэнд так любил ее. На миг взгляды двух женщин встретились, и Колетт улыбнулась, прежде чем опустить глаза.
– Она не обманет меня своей ангельской красотой. Вильгельм говорил, как она… – Бринна вдруг удивленно раскрыла глаза. – Ты не уехал с ним!
– С кем?
– С герцогом. Ты же собирался ехать с ним в Нормандию. Он уехал без тебя!
Ричард наклонился.
– Моя дорогая, – прошептал он, когда мимо проходила Колетт. – Он не вернулся в Нормандию. Герцог, твой самый преданный слуга, уехал сражаться за тебя.
Бринна непонимающе уставилась на отца, но спросить не успела, потому что услышала мелодичный смех. Она повернулась. Колетт откинула голову, поощряя своего рыцаря глубже уткнуться лицом в ее шею, которую тот ласкал. Колетт с полузакрытыми глазами стонала, достаточно громко, чтобы привлечь к себе внимание сидящих в зале. Включая Брэнда.
– Не кусайся, Джеффри! – хихикнула Колетт, отталкивая мужчину. – Оставь это до спальни.
Бринна со страхом посмотрела на мужа, но, против ее ожидания, тот, не отвлекаясь от разговора с Данте, лишь мельком взглянул на страстную парочку.
– Она пытается сделать из моего мужа дурака на глазах его людей.
Бринна сказала это больше себе, чем отцу, но лорд Ричард ответил: