Иногда при случайных встречах в саду или на лестнице Маргарита в своей отстраненной рассеянной манере сообщала новости о молодоженах.
– Себастьен покинул Швейцарию. Они с супругой отправились в Баден-Баден. Правильно, Софи? – сказала она однажды утром, повернув голову к младшей дочери.
– Нет, мама. В Германии они были на прошлой неделе. А сейчас на две или три недели остановились в Люцерне.
– Ах, да. – В голосе Маргариты прозвучала нота разочарования, как всегда, когда дочери чем-нибудь действовали ей на нервы. – Так много путешествуют. Туда, сюда, повсюду.
Маргарита направилась в сторону сада, Софи следовала за ней. Розелла, повернув к конюшне, задумчиво нахмурилась. Интересно, видят ли Софи и Луиза, что их матери стало хуже с тех пор, как уехал Себастьен, будто у нее забрали жизненно важную опору.
С ужасом Розелла однажды заметила, что Маргарита одела одну кремовую, другую белую перчатки, а к платью прикрепила две драгоценные броши, которые обычно не надевают раньше вечера. Возможно, кому-то такая мелочь показалась бы незначительной, но в случае с элегантной, рожденной в Париже Маргаритой, всегда безупречно одетой, это свидетельствовало о новом глубоком сдвиге. Отказываясь от ежедневной прогулки с Софи, Маргарита проводила долгие часы в тени деревьев, откуда была видна извилистая дорога к замку, словно ожидала возвращения сына. Она сидела, сложив руки на коленях, и смотрела на мир, как зачарованный персонаж какой-нибудь картины, неподвижная и молчаливая на фоне густой зеленой листвы.
Софи никогда сама не разговаривала с Розеллой, а Луиза вообще не замечала ее, поэтому, основываясь на крупицах информации, полученной от Маргариты, девушка отмечала путь Себастьена и Клодин на большом глобусе в библиотеке, втыкая булавку в место их пребывания. Когда ей стало известно, что в Ницце молодожены наняли яхту, Розелла посмотрела на голубое пятно Средиземного моря и медленно крутанула глобус, словно ласково отправляла их в плаванье и одновременно пыталась разорвать невидимые нити, связывающие ее с Себастьеном. Они натянулись, но не порвались.
Месье Батальяр приехал в замок, чтобы посмотреть, как устроилась Розелла и уладить финансовые дела. Он неодобрительно покачал головой, узнав о ее намерении делить доход от поместья с Себастьеном и остальными де Луимонтами.
– Слишком много! Слишком! Вы понимаете, чего хотите?
Розелла решительно кивнула.
– Пусть будет так, как я сказала, месье Батальяр.
Адвокат уехал, все еще осуждая расточительность клиентки и пообещав вернуться после приезда месье де Луимонта.