— Господи, кто это? — Затем, узнав гостя, воскликнула: — Господин Саймон! Что это вы тут делаете? Да еще на четвереньках?!
Саймон хмыкнул, издав звук, напоминавший хрюканье свиньи, и выпрямился, стараясь, насколько это было возможно при данных обстоятельствах, сохранить достоинство.
— Я… мы… мы ищем Лили Кристиан, Тристрама и Дульси. Они здесь?
Женщина недоуменно смотрела на гостей.
— Здесь? Почему они должны быть здесь? — спросила она. — А это кто? Капитан?
— Да, Мэри, это Валентин Уайтлоу.
— Так вы меня помните? — улыбнулась женщина, затем нахмурилась. — Вы ищете госпожу Лили, Тристрама и малышку у меня? Почему?
— Они убежали из Хайкрос! — выпалил Саймон и, не в силах скрыть разочарования, ударил кулаком о дверной косяк.
— Убежали, говорите? — В глазах женщины зажегся недобрый огонек. — Готова поспорить, что к этому приложил руку Хартвел Барклай, — сказала бывшая нянька. — Он давно положил глаз на молодую госпожу, меня-то он не смог провести. Почему, вы думаете, он от меня избавился? Я считала своим долгом перед капитаном и ее милой женой, доньей Магдаленой, защищать их детей, особенно молодую госпожу. Этот старый греховодник ходил за ней по пятам. Готова поспорить, он давно вынашивал планы относительно Лили. Никогда не могла понять, как случилось, что Тристрам едва не упал с крыши, да и вообще, как он туда залез. А потом, когда молодая госпожа написала мне о болезни Дульси, я тоже не могла понять, почему оказалось открытым окно в ее спальне. Девочка едва не умерла, бедняжка. Как я по ним скучала! Наверняка этот Хартвел посчитал, что если он избавится от детей, то унаследует Хайкрос. Не смотрите на меня так, я знаю, что говорю. Этот человек ни перед чем не остановится. А когда у него ничего не получилось ни с Тристрамом, ни с Дульси, он решил уложить к себе в постель молодую госпожу. Боялся, что с ее красотой и наследством она недолго засидится в девушках и он потеряет Хайкрос. Видела я, какое у него было лицо, когда в Хайкрос приезжал погостить господин Саймон. Ревновал Лили еще как.
Судя по всему, Мэри ничего не забыла за прошедшие несколько лет.
— Я же говорил, дядя Валентин! — воскликнул Саймон, слегка покраснев от смущения. Уж слишком явно высказала женщина его намерения относительно Лили Кристиан.
— Вы думали, они приедут сюда, к своей старой няньке? — вслух рассуждала Мэри Лестер. — Может, вы и правы. Может, они скоро объявятся.
— Сомневаюсь, — вздохнул Саймон. — Они пропали в июне.
— Господи! Так давно! Почему же вы спохватились только сейчас? — сердито спросила нянька.