— Тайлер… — В ее голосе прозвучали одновременно вопрос и предупреждение.
Он откинул одеяло и лег рядом. Кровать прогнулась под его тяжестью. В следующую секунду он потянулся к ней.
— Тайлер, я не хочу… — У Эви захватило дух, когда его рука легла ей на талию и ее обдало теплом, исходившим от его голой груди. — И потом, я ведь уже беременна…
— Молчи!
Губы Тайлера сомкнулись на ее губах, но то был отнюдь не робкий и нежный поцелуй, а, напротив, глубокий и требовательный.
Эви тихонько охнула и тут же почувствовала, как в ее рот вошел его язык. Она не оттолкнула его, ибо вспомнила о том удовольствии, какое доставляли ей его поцелуи раньше, но когда рука Тайлера коснулась ее груди, девушка издала стон, исполненный отчаяния.
Она поняла, к чему все идет, и по ее телу побежали мурашки. Соски отвердели и почти болезненно запульсировали в ожидании. Ощущения нарастали и становились глубже по мере того, как его язык творил с ней свои маленькие чудеса. Эви не имела представления о том, как следует отвечать на поцелуй, но Тайлера это, похоже, и не волновало. Он легко преодолевал ее сопротивление и скованность.
Эви и не заметила, когда он успел расстегнуть ночную рубашку, и поняла, что это произошло только тогда, когда его рука скользнула под нее. Наткнувшись еще на одну преграду, он приглушенно чертыхнулся, почти не отрывая губ от ее рта. Тайлер сел на нее сверху. Эви напряженно вглядывалась в нависшую над ней большую тень, жалея, что не может увидеть выражение его лица.
— Отныне ты будешь ложиться в постель обнаженной. Не бойся, со мной не замерзнешь, и все эти покровы тебе не понадобятся. А теперь помоги мне снять их.
Сама не веря, что она это делает, Эви приподняла бедра, чтобы Тайлеру было легче поднять вверх подол ночной рубашки, затем подняла руки, чтобы ничто не помешало ему снять ее. За это Тайлер вознаградил ее поцелуем, от которого у нее захватило дух. Ей не хотелось, чтобы он отстранялся, но Тайлеру нужно было еще расправиться с ее нижней рубашкой. Он понял ее желание и не стал прерывать поцелуя, но руки его уверенно делали свое дело, и через секунду тусклый свет от окна упал на ее обнажившуюся грудь.
Когда он легонько коснулся пальцами ее соска, Эви издала слабый стон, больше похожий на мяуканье котенка, чем на человеческий голос. Тайлер опустил голову и взял нежный сосок в рот. Захваченная мощной волной ощущений, Эви подалась в его объятия всем телом. Скоро нижняя рубашка уже валялась, скомканная, на постели, и Тайлеру ничто не мешало целовать шелковистую кожу Эви.
Она изо всех сил вцепилась в его плечи, будто пытаясь остановить его атаку, но это лишь усилило ощущения. На Тайлере не было никакой одежды, и ногти Эви вонзились в его жаркое и гладкое тело. Он поднял голову от ее груди и вновь подарил поцелуй ее губам. Руки ее соскользнули с его плеч на пояс и замерли. Опускать их дальше она не смела. Чувствуя, как пульсируют его натренированные мускулы, она радовалась его отклику на свои прикосновения.