– Беспомощный, говоришь? – Уолтер выпятил подбородок. – Такой же беспомощный, как когда тащил тебя за волосы? Или когда швырял Молли об стену?
Меня затошнило от страха.
– Ну хорошо, хорошо! Ты, конечно, прав. Но если даже меня собираются прикончить, это еще не повод, чтобы зарасти грязью! И голову тоже стоит вымыть, иначе… иначе можешь себе представить, как я буду выглядеть на фотографиях с места преступления.
Уолтер смерил меня взглядом, в котором ясно читалось: «Один Бог знает, что мне приходится выносить с этой особой!» Взглядом, который чуть было не прикончил меня еще до появления Джорджа.
Однако я не смирилась. Характер не позволил. Смириться означало облегчить другому жизнь, а это было не в моих правилах.
– Вот как мы поступим…
Я порылась во внутреннем кармане сумки и достала блокнотик и шариковую ручку. Телефонный номер Джорджа был намертво высечен в моей памяти. Я написала его, вырвала листок и протянула Уолтеру:
– Можешь позвонить по этому номеру. Если ответят, значит, Джордж все еще там и это дельце может подождать. Если ответа не будет, я обращусь в полицию. Сегодня же, обещаю. А сейчас мне позарез нужна зубная щетка.
Уолтер перестал изучать номер и поднял взгляд:
– Домой ты не поедешь.
– Конечно, нет. Я только хочу знать, где ее можно купить.
Немного погодя я стояла в очереди к кассе с новенькой зубной щеткой в одной руке и «Опра мэгэзин» в другой. Голова моя буквально шла кругом. В одном Уолтер был прав на все сто: Джордж мог сейчас быть где угодно. Я не преувеличивала, называя его отъявленным лентяем, но лентяем он оставался до тех пор, пока держал себя в руках. Ярость превращала его в самого деятельного человека в мире. Ну а раз уж он не верил, что на наших отношениях поставлена точка…
Возможно даже, он не сомневался, что я до сих пор принадлежу ему по праву.
Эта мысль заставила меня на миг поддаться отчаянию, и мир потемнел как в переносном, так и в прямом смысле. Я повалилась прямо па впередистоящего. У того оказалась хорошая реакция – он подхватил меня, прежде чем я рухнула, и помог выпрямиться. Это был мужчина в годах, с седой треугольной бородкой и добрым взглядом Айболита. Не хватало только круглых очков. Из кармана у него торчал стетоскоп.
Так состоялось явление эскулапа страждущему в аптеке на Тридцать четвертой улице.
– Вы доктор! – обрадовалась я. Добряк мягко улыбнулся:
– По крайней мере так говорят.
– Оно и понятно, – хмыкнула я, только теперь заметив еще одну важную деталь, – раз уж вы повсюду разгуливаете в белом халате.
– А что с вами? – полюбопытствовал доктор.