В глазах Михаила читалась пустота одиночества и какая-то безысходность. Он быстро оделся и сел передо мною на корточки. Взяв меня за руки, он с нескрываемым интересом заглянул в мои глаза, словно пытался прочитать то, что я хранила в глубине своей души.
— Ань, а ты когда-нибудь любила?
— Да, и не раз.
— Я не могу поверить в то, что кто-то мог тебя бросить.
— Это было давно и неправда, — попыталась уйти я от разговора.
— А ты когда-нибудь бываешь искренней?
— Бываю.
— А что ты ценишь больше всего?
— Успех.
— А как ты его добилась?
— Неважно. Главное, что он у меня есть. Человек никогда не достигнет успеха, если у него нет нескольких важных вещей: звериной хитрости, крепких кулаков, острых зубов и большого терпения.
— Слушай, Ань, я не знаю, что со мной происходит…
— В смысле?
— Чем больше я на тебя смотрю, тем больше понимаю, что хочу видеть тебя вновь и вновь. Я ничего не могу с собою поделать.
— Нам пора, — вновь повторила я и встала со своего места. Мы вышли на веранду и остановились прямо в распахнутых дверях.
— Опять идет дождь, — тихо сказала я и посмотрела на сильный, непрекращающийся ливень.
— Ты любишь дождь?
— Очень. Я люблю сильный, порывистый ливень и маленький летний дождик. Я просто люблю дождь. Я люблю рисовать дождь. Он всегда разный, от прозрачного до стального. Как ты думаешь, на что похож дождь?
— Не знаю. Дождь, как дождь.
— Он похож на слезы.
— На слезы?!
Да, на слезы. Слезы бывают добрые, а бывают злые. А еще они соленые. Дождевая вода соленая на вкус, точно такая же, как и слезы. Знаешь, ведь именно в дождь я очень много думаю и анализирую. Именно в дождь. Когда идет дождь, я учусь отстаивать каждую минуту своего существования в такой тяжелой игре без правил, как жизнь. Я учусь просчитывать свои шаги на пять ходов вперед, искать любые неожиданности и стараться их избегать. Я терпеть не могу неожиданностей, и уж если они появляются, то стараюсь обратить их на пользу себе. Именно в дождь я репетирую свои роли и учусь быть великой актрисой. Я учусь тщательно скрывать свои чувства, эмоции и умело заменяю их на фальшивые, вызываю у окружающих веру в мою искренность.
Как только я закончила цитировать вслух свои мысли, Михаил обнял меня за плечи и довольно взволнованно произнес:
— Анна, я еще никогда не встречал такую женщину. Такая, как ты, никогда не затеряется даже в самой огромной толпе. Ты всегда будешь выделяться. Наверное, поэтому ты и стала звездой. Я представляю, как в твою сторону поворачивают голову сотни мужчин, засматривающихся на твое совершенное, гибкое тело.