– Ох!
– И то будет лучше, чем в этой дерюге!
– Помолчи же хоть...
– И не смей мне приказывать! Замолчу, когда захочу! И когда ты наконец скажешь, почему убежала из магазина?
– Да ведь я только и делаю, что пытаюсь все объяснить, но ты мне не даешь и слова сказать! Мне показалось глупым швырять деньги на все эти наряды, поскольку я сама собиралась сшить себе пару новых платьев!
– Вот как? – уронил Джеймс, окидывая ее придирчивым взглядом. – Что-нибудь вроде того, что сейчас на тебе?
– Не совсем, потому что я...
– Надеюсь, что так, черт побери, иначе я пошвыряю их в огонь одно за другим!
– Да замолчишь ты или нет? – возмущенно топнула ногой Элизабет. – И чем тебе не нравятся мои платья, скажи на милость? Практичные, удобные...
– ...и уродливые, как смертный грех! Стало быть, собираешься сшить себе новые? Ну так пошли!
Схватив Элизабет за руку, он поволок ее за собой в магазин Симонсона. Толпа зевак повалила следом.
– Джим, – робко приветствовал его Бен Симонсон.
– Где тут у тебя ткани, Бен? Ага, нашел. Добрый день, Рэчел, – кивнул он миссис Симонсон, которая встревожено выглядывала из-за плеча мужа.
– Джеймс, это же глупо в конце концов! Я...
– Так, вот эта ткань мне нравится, голубая. И желтая тоже. – Выхватив из кипы сукна штуку материи, он бросил ее на пол. – И красная. И эта... и эта. – Еще два тяжелых рулона шлепнулись на пол.
– Милостивый Боже! Джеймс!
– Цыц, я сказал! Будь я проклят, если не куплю все, что мне нравится!
– Перестань сквернословить! – завопила разъяренная Элизабет.
Не моргнув глазом, Джеймс продолжал рыться в тканях. На полу возле него уже выросла целая гора.
– Это какое-то безумие, Джеймс! Ну куда мне столько? Я за целую жизнь всего не истрачу!
– Занавески сошьешь, ясно? Или наматрасники! Плевать мне на то, что ты сделаешь! Я хочу, чтобы у тебя были приличные платья! Ну, что еще? Пуговицы. – Схватив со стола несколько коробок, он не глядя швырнул их через плечо.
– Но у меня...
– И вот это. – Поверх всей кучи шлепнулась коробка с гарусом. – Нет!
– И эти кружева! – Выхватив из коробки целую пригоршню воздушных кружев, Джеймс отправил их следом.
– О Господи! Да ведь им цена не меньше пятидесяти центов! – Элизабет побелела как смерть. Казалось, она вот-вот хлопнется в обморок.
– Да? – рявкнул Джеймс. – Тогда возьмем побольше! И вот это. – Он добавил полдюжины вышитых стеклярусом и бисером гарнитуров. – По доллару каждый.
– Почему бы тогда не скупить весь магазин?! – возмущенно фыркнула Элизабет.
– Цыц! – прорычал он и оглянулся. Хозяин с хозяйкой, как перепуганные мыши, осторожно высунулись из-за угла. – Бен, где тут у тебя корсеты?