– И что ж ты в данном случае под хаосом подразумеваешь? – насмешливо спросил дед.
– Войну с врагом внешним! Или хотя бы с образом его.
Как всегда с грохотом, заявилась сестра: отпросилась пораньше. Кардюм тут же засобирался, многословно отказываясь от приглашений посидеть еще. Он слегка растерялся, видать, хотел поболтать с дедом подольше, но ранний приход Катерины спутал старикам планы.
Катька же объяснила с невинным видом, мол, чего же не отпроситься, если Михаила сегодня в гости ждем. А Михаил – сам и есть бригадир, он и отпустил. Тимур подумал: ясно ведь, Катька послеполуденное моление профилонила. Полуденное у них в оранжерее, конечно, совместно проходит, но вот послеполуденное… Отпросилась раненько, когда монорельс еще не заработал, в церковь точно не зашла, бегом домой. Эх, сестра, сестра… глупая. Потом Тим припомнил, что в храме по соседству теплится и за Катьку красный огонек, – стало легче на сердце. Трудись, Катька, суетись со своими легкомысленными глупостями, а Тимур помолится.
Сестра, не подозревая о мыслях Тима, принялась тарахтеть: мол, это даже очень хорошо, что Тимур дома, потому что Мишенька сегодня свататься, наверное, будет, замечательно, что вся семья собралась. Пока она болтала, дед тихонько отволок тарелки на кухню.
В половине шестого в дверь позвонили, Катька кинулась открывать. Тим вытер руки влажным полотенцем и выглянул в коридор – поглядеть на воздыхателя. Странно, в светлом прямоугольнике дверного проема топтались два силуэта. Мать позади щелкнула выключателем, лампа разгорелась, и стало видно, что гостей в самом деле двое. Первый – крупный парень, немного рыхловатый блондин с круглыми глазами навыкате, курносый, губастый. Другой – мужчина постарше, приземистый, коротко остриженный. Он показался Тимуру знакомым.
Катька взяла блондина за руку, потащила по коридору, скороговоркой тарахтя:
– Идем, идем, потом расскажешь.
– Отчего же потом, – рассудительно бубнил гость. Он двигался медленно, степенно, и сестра не могла заставить его ускорить шаг. – Сразу все и скажу. Порфиров велел, сегодня с Толей было назначено Паше, но у Паши что-то случилось, сын, что ли, приболел, он упросил Порфирова, а тот – ко мне. Ну, куда ж деваться…
– А это мой братик, Тимур, – представила Катька. – Познакомься, Тима, бригадир наш, Михаил.
Они обменялись рукопожатием, потом Тим протянул руку спутнику Михаила.
– Это Толя, его к нам на обучение прислали и эту, со… солици… эту, как ее?
– На социализацию, – Толя произнес слово из высокоруса правильно, но с непривычной интонацией, да и вообще говорил он как-то странно. – Здравствуйте, Тимур. Извините, неудачно вот так совпало…