– Пусть потом у меня попробуют отвоевать, – проговорил он сквозь зубы. Ветер свистел в ушах, ненавистная усадьба вырастала, он уже видел кованую решетку ограды. – Все силы мира не заберут!
Конь перед воротами остановился как вкопанный. Пена падала с удил, конь храпел и дико вращал налитыми кровью глазами. По ту сторону толстой решетки были видны ухоженные кусты роз по обе стороны широкой аллеи. Садовник бродил с ножницами, любовно выстригал лишние веточки.
– Эй! – заорал Засядько. – Отвори ворота!
Садовник испуганно вскинул голову, всмотрелся. Засядько показал ему кулак, и садовник заторопился к воротам. Был он стар, горбат, седые волосы падали на плечи. Когда подбежал к воротам, лицо было белое от страха.
– Что… что случилось?
– Отворяй ворота! – повторил Засядько зло.
– Да-да, конечно, – спохватился садовник. Он принялся греметь цепями, там висел пудовый замок, бормотал: – Мы так давно не открывали их… С тех пор как хозяева уехали.
– Что? – вскрикнул Засядько. – Кто уехал?
– Хозяева…
– Грессеры?
– Ну да, эти земли принадлежат семейству Грессер. Барин и его молодая жена…
Сердце оборвалось, он ощутил леденящий холод и тянущую пустоту. Холодеющими губами спросил:
– Оба?.. И Кэт?
Садовник кивнул, на побелевшего офицера, лицо которого исказилось как при сильнейшей боли, смотрел уже без страха.
– Молодой барин со своей молодой женой. Здесь управляет делами двоюродный брат, отец малость присматривает… Старшие братья обещали наезжать, помогать, ежели что.
– Куда они уехали?
– В путешествие, – ответил садовник, в голосе было неодобрение. – Что за жизнь, если начинается с дороги? Тут такой сад, такие розы, только тут рай…
– В путешествие за кордон? – спросил Засядько, хотя уже понимал, что это именно так.
Садовник пожал плечами:
– Нам было сказано: не то в Грецию, где много солнца и моря, не то в Италию, где теперь уже война кончилась, а море такое же теплое… Чем им наша Русь не мила?
Засядько обратно пустил коня шагом. В душе было горько и пусто. И здесь его обокрали. На этот раз окончательно. Грессер увез Кэт, словно чувствовал, что он за ней явится хоть из преисподней. И заберет, пусть даже обвенчанную, пусть замужнюю жену. И Кэт, послушная родительской воле Кэт, не ответит так, как вбивалось в души и головы православной моралью. Кэт сумеет бросить все и уйти с ним. У Грессера хватило проницательности это понять, потому так поспешно и увез ее за рубеж, а там след затеряется. Будет под разными предлогами переезжать с места на место в ожидании, пока память о нем выветрится!
Стиснув зубы, он вернулся в полк. Пытаясь заглушить боль в сердце, с головой ушел в работу. Полк переформировывался, отдыхал, пришло пополнение, он с утра упражнял новобранцев. Однажды вечером составил список книг, которые нужно прочесть, и отправился по библиотекам и книжным лавкам. Установившаяся за ним слава храброго офицера льстила его самолюбию, однако он понимал, что к своей главной цели он не продвинулся ни на шаг. Разве что успел в Милане познакомиться с работами гениального Леонардо. Но великий флорентиец, к его разочарованию, ни словом не упоминал о ракетах. И Александр продолжал искать нужные ему сведения, перечитывая груды книг. Теперь не только полчаса, но и минуту не считал слишком малой частицей времени.