Но вернемся к теме личной жизни российского политика. Убежден: личная жизнь не является определяющим или крайне важным фактором для политической карьеры в России.
С первой женой Раисой мы прожили 18 лет, самых сложных лет моей жизни: мы поженились, когда я был младшим научным сотрудником, жили в коммуналках, снимали квартиры. Она прошла рядом через все проблемы неустроенной жизни, за что я ей очень благодарен.
Пройдя через фактический развод, могу сказать: развестись с женой не просто, и за развод надо заплатить максимальную цену. Но если уж в жизни так случилось, что вам приходится расставаться, вы обязаны все оставить жене. Я оставил все. И снял квартиру. Однажды ко мне в гости зашла Валерия Новодворская и возмутилась: «Ты почему мне показываешь квартиру для прислуги?»
Отдавать при разводе надо все – жилье, автомобиль и так далее, чтобы ни у жен, ни у детей не возникало чувства горькой обиды и разочарования. К сожалению, в огромном количестве случаев подобного рода действия сопровождаются разделом имущества. Это ужасная травма и для жены, и для детей.
Я ушел от первой жены, потому что надоело обманывать. У меня появились дети от журналистки Кати Одинцовой, которая работает на телевидении. Раиса об этом узнала. Можно, конечно, было что-то придумывать, что-то склеивать, но зачем? В общем, семья распалась.
Мужчины в основном – полигамные существа. Многие полигамны для самоутверждения. Для подтверждения своей независимости и свободы. А свобода – важнейшая составляющая счастья, наряду со здоровьем и материальным достатком. Есть, правда, исключения, но немногочисленные. Например, Чубайс моногамен, он очень любит Марью Вишневскую, свою вторую жену, и ему никто больше не нужен. Гайдар тоже однолюб. Они кристально положительные герои, коими все не будут, да и не могут быть. В то же время убежден я и в том, что политику позволено далеко не все, что позволено обычному мужчине. И то, что мог себе позволить гражданин Скуратов, недопустимо для прокурора Скуратова.
Свобода – фундаментальная ценность. Как за любую ценность, за свободу надо платить. В формулу «свобода, здоровье и материальный достаток» семья не входит. Я не противник семьи, но семья ограничивает свободу. Понимаю, что признаюсь в вещах непопулярных, но не хочу врать и притворяться. Это моя правда. И я не хочу постоянно обманывать близких мне людей.
Есть и другой вариант поведения: влюбился – женился, влюбился – женился. Я недавно встретил композитора Дунаевского с его очередной, восьмой, по-моему, женой. Он вновь влюблен. И даже обещал больше не разводиться и не жениться. Приятно быть первой или последней.