— Ты просто идиот! — рявкнул Генсек. — Я никогда не меняю своего решения и никогда не иду на уступки. Именно поэтому я стал тем, кто я есть, а ты, при всем твоем десантно-спецназовском гоноре, работаешь на меня и будешь лизать мне ботинки, если я прикажу. Кроме того, я знаю активы Кашкина. Больше десяти миллионов наличными он сейчас не сможет перекачать со счетов. Основные его капиталы вложены в предприятия и в ценные бумаги, хранящиеся в сейфах западных банков. Так что побереги свои мысли при себе.
Ярость перекосила лицо Стрелка, но и на сей раз он сдержался.
— Но ведь десять миллионов долларов — это лишь крошечная часть состояния Серого Кардинала, — заметил он. — Стоит ли отпускать его после того, как он окажется в наших руках?
— Я не нуждаюсь в твоих советах, — жестко оборвал Родин. — Кстати, как там дела у Рябого? Он еще не напал на след маркиза?
— Насколько мне известно, нет.
— Если завтра к вечеру он не отыщет Альберто де Арнелью, ликвидируешь его, но так, чтобы перед смертью помучился, — приказал Генсек. — Можешь отстрелить ему член, сделай пару выстрелов в колени, в живот, а потом уже можно и добить.
— Хорошо. Как пожелаете, — сухо произнес Стрелок.
* * *
Снусмумрик, лежа в кустах, тихо похрюкивал от удовольствия. Один из рядовых подчиненных Папы Сочинского, Снусмумрик был мал ростом, хил, труслив и инфантилен. В жизни его радовали только две вещи — книги о Муми-тролле, которые в детстве читала ему любимая бабушка, и электроника. В деле взламывания электронных систем защиты и создания систем слежения и подслушивания Снусмумрику не было равных в Краснодарском крае.
— Технический прогресс, едрена вошь, — приговаривал он, ласково поглаживая установку дистанционного лазерного подслушивания. — Ох и порадую я Папу Сочинского! Да за такую информацию он мне как минимум штуку баксов отвалит!
Снусмумрик с нежностью посмотрел на вращающиеся катушки крошечного диктофона, записывающего разговор Генсека и Стрелка. Снусмумрик был счастлив.
— А ведь неплохое заведение, — заметил маркиз де Арнелья, с любопытством окидывая взглядом интерьер «Серебряной пули». — Вполне европейского уровня.
— Вам столик на троих? — услужливо спросил вышколенный официант.
Маша кивнула в ответ.
— Да, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал как можно ниже.
— Пройдите, пожалуйста, в следующий зал, — предложил официант. — Вы можете занять столик у окна.
— Похоже, Родина еще нет, — заметил Джокер, когда официант, приняв заказ, степенно удалился.
— Что ты пищишь, как полузадушенный кенар, — недовольно скривилась Арлин. — По-твоему, женщины разговаривают таким голосом?