И снова Никишин почувствовал, что словно бы переигрывает его подозреваемый. Да и как ему отвечать-то на такие вопросы? Он еще с ума не сошел… Но вот Плетнев что-то знает, или пронюхал, однако не сознается, что ему известно, до определенного момента, а до тех пор будет камнем стоять на своем. Странно, и из камеры он вышел без единой царапины и совершенно спокойный. Зато один из зеков «упал» со шконки. А ведь он, Никишин, так и не стал предупреждать контролеров, несмотря на строгий «намек» прокурора. И вот это все, вместе взятое, сильно раздражало следователя. Никаких зацепок!
Тем временем эксперт-криминалист, худощавый мужик, которого еще не встречал Антон, а он знал уже многих из Экспертно-криминалистического центра, поскольку приходилось и с ними вместе работать, «откатал» пальцы Плетнева, а затем занялся отпечатками.
Их было много, и принадлежали они, судя по нахмуренному лбу эксперта, нескольким людям. Очередная морока. Но «пальцы» Плетнева нашлись-таки. На дверной рукоятке. Ну правильно, а Антон и не отрицал, что был здесь. Он сам и дверь в эту комнату открывал, когда тащил братьев, находившихся в «отрубе», и связывал их спинами. Вон, кстати, и тот шнур, которым пользовался.
А Никишин не знал, радоваться ему или печалиться. С одной стороны, присутствие здесь Плетнева подтверждается, а с другой — он утверждает, что был здесь во вторник утром, но и убийство произошло тоже утром, да только в среду. И как выпутаться из этой ситуации?
— Плетнев прав, — раздался голос из прихожей.
Антон вздрогнул и заулыбался. Никишин вскинулся и уставился на дверь, а из прихожей появился Турецкий. Он приветливо кивнул Антону, сухо — Никишину и повернулся к эксперту.
— Привет, Сергей Романыч!
— А, Борисыч, рад видеть, — заулыбался хмурый криминалист. — Ты про «пальчики-то» имел в виду?
— Конечно. Вот их и надо пробить по картотеке. Следователь-то неопытный, ему еще учиться и учиться, а ты — старый волчара, мог бы и подсказать.
— А чего им подсказывать? Они ж все сами знают, — без всякого уважения сказал эксперт-криминалист, продолжая свою работу.
— Послушайте, вы кто такой? Что вы здесь делаете? Кто вас пропустил сюда?! — возмущенно закричал следователь. — Охрана!
— Не кричите, — морщась, остановил его движением руки Турецкий. — И не волнуйтесь так сильно. Меркулов нынче согласовал с Ясниковым, что я подъеду на ваш эксперимент, чтоб ускорить процесс. А то вы «зациклились» на одной, очень удобной вам версии и спите на ней. А время идет. Можете позвонить и узнать. А я — Турецкий Александр Борисович.