* * *
– Наконец-то настоящее дело, – в счастливой эйфории воскликнул Антон, блестя глазами, в которых выплескивалась через край радость.
– Спорим, я первый до него доберусь, – предложил не менее довольный Андрей.
– Бутылку ставлю в пользу себя, – хвастливо принял вызов Антон.
– Заметано.
Мотоциклы колесо в колесо, не обгоняя друг друга ни на сантиметр, со свистом проехали мимо «Хендая» с перепуганным пассажиром, отирающим новеньким белым с еле заметной голубизной платком мясистый лоб. По левую и правую руку, опасливо прижавшись к широкому животу своего кормильца, таращили глаза квадратные братки, исполняющие роль охранников. Они пока еще не решались эффектно выскочить из дверей автомобиля, изображая чудеса храбрости перед опустевшими улицами.
– У-у-узнать, кто такие, и ко мне в команду, – заикнувшись, передал им народный избранник, выбранный на свою должность губернатором области.
* * *
– Сейчас перемахнем, – успокаивающе кричал за спину Михаил, с тревогой следя за сутолокой на перекрестке двух дорог.
* * *
– Вот только перемахну этот овраг, и окажусь впереди них, – задыхаясь, говорил сам себе Пешкодралов, срезая путь и пробираясь через грязно-красный ряд гаражей.
Седьмым чувством Леха ощущал, что преступник направится к выезду из города. По асфальту это полтора часа нормальным темпом и минут сорок – сорок пять в бешеной гонке. А здесь Лехе только преодолеть этот овраг, затем немного в гору, туда, где располагалось у них стрельбище, а потом с другой стороны вниз на всех парах. Полчаса, не больше, на это уйдет у парня. С его-то способностью к пешим переходам.
Пешкодралов старался на славу. Подобрав полы длинного не по размеру свитера, в котором элегантно торчала розочка, курсант бухал тяжелыми ботинками, поднимая пыль и разгоняя зазевавшихся кошек. Вот и последний гараж. Спуск за ним открывался крутой, на такой парень не рассчитывал.
– А, прорвемся, – махнув сверху вниз рукой, успокоил себя Леха, сел на пятую точку и лихо скатился на дно оврага. Зацепившись за незапланированный сук, штаны затрещали и порвались по шву там, где не следовало бы им рваться.
– Перебьемся, – не поддаваясь унынию, бодро сказал Пешкодралов, прикрыв рукой срамное место, и воодушевленно полез вверх.
* * *
– Да, Володя, что ни говори, а жизнь неплохая штука, – мечтательно произнес Глеб Ефимович, с чеширской улыбкой уплетая здоровенный шматок сала с бородинским хлебом.
Лейтенант только смущенно и сыто икал, чувствуя, как расслабленные руки и ноги окончательно перестают его слушаться. Капитан налил им по маленькой, и Смурного, чуравшегося ранее крепких спиртных напитков, развезло не на шутку. Приятное тепло разлилось по всему телу, голова стала тяжелая, а мысли легкие-легкие, и все про Людочку. Людмилу.