Любовь зла (Алешина) - страница 16

— Еще раз спасибо, — я встала из-за стола. — И не знаю, как скажу все это ребятам. Вы меня просто ошарашили.

— А уж как меня ошарашили сегодня утром, сообщив, что у меня в квартире на полу лежит труп…

Теперь я направилась в политех: мне нужно было найти Настю и Степиных друзей. Еще необходимо было отыскать Кряжимского, и желательно раньше, чем это сделает милиция. Плохо было то, что я абсолютно не представляла, как это сделать. Где он может быть? В Лазаревском, как обещал? В гостиницу он наверняка не поедет. В захолустье тоже не отправится, удобства любит. Следовательно, сфера гипотетических поисков — частный сектор, а точнее, там, где можно снять комнату с отдельным душем и туалетом. Даже если бы я тоже оказалась в Лазаревском, гораздо больше шансов было бы просто встретиться на улице. Повеситься можно!..

Оставалось надеяться только на то, что, не выдержав, через несколько дней Кряжимский позвонит сам, поэтому надо все-таки предупредить ребят в редакции. Сворачивая на долгожданные центральные знакомые улицы, я достала мобильник.

— Марина? Привет, солнце мое. Как дела, работа спорится, горит огнем?

— Вот-вот, именно огнем, — ответил мне мрачный Маринкин голос. — Если бы наша многоуважаемая шефиня хотя бы изредка появлялась на работе, она была бы в курсе некоторых событий.

— А что случилось? — встревожилась я.

— Мы не успеваем, — трагически выдохнула в трубку Маринка. — Не успеваем подготовить номер.

— Фу ты, испугала! — с облегчением вздохнула я. — Мы каждый раз не успеваем, и тем не менее газета выходила в срок.

— Когда все сотрудники здесь, — ехидно подпустила Маринка.

— Скоро буду, — пообещала я. — А Виктор на месте? Позови его, пожалуйста.

Трубка щелкнула по столу, я услышала призывный вопль, затем какое-то время доносилось только бормотание Маринки, что-то объяснявшей Роману.

Через минуту до меня наконец дошло, что Виктор уже взял трубку и некоторое время ждет, пока я к нему обращусь. Ох уж эти коллеги! Только я не имею права на свои странности — просто ждет меня массовое неодобрение, а вот к феноменальной молчаливости Виктора ничего, привыкли.

— Виктор? Здравствуй. Мне нужна твоя помощь, — сразу начала я с места в карьер. — Сможешь часа через полтора подойти к нашему бистро?

Так мы называли близкое к редакции кафе, куда ходили, когда хотелось чего-нибудь посущественнее, чем Маринкин кофе. Правда, не раз возникало предложение кофе брать с собой. Услышанный в трубке звук я посчитала утвердительным ответом.

— Отлично. Там все и расскажу. Кряжимский не звонил? Нет? Если вдруг будет, пусть обязательно найдет меня. Обязательно, слышишь? Хорошо, тогда до встречи.