– Не спеши, – прервал его Паспуаль. – Попутчики нам не нужны, в особенности те, которых мы совсем не знаем.
– Что с того? Они-то нас знают…
– Говорю тебе, что нам не нужны попутчики! – сухо повторил Паспуаль.
Обыкновенно нормандец бывал робок и неразговорчив, однако сейчас он твердо решил стоять на своем и переубедить недогадливого Кокардаса. Недаром же Амабль Паспуаль славился своей интуицией. Он предчувствовал, что ничего хорошего в компании этих мерзавцев их не ожидает, и старался помешать подвыпившему гасконцу навязать Лагардеру сомнительный эскорт из бродяг, коим у него были все основания не доверять. К тому же в глазах служанки, которая смотрела на него с восхищением, он черпал отвагу, удивлявшую его самого, – и ощущал в себе силы перевернуть ради этих глаз весь мир. Что смог бы сделать непревзойденный Дон Кихот, если бы его не вдохновляла на подвиги прекрасная Дульсинея?
– Эй, приятель! – вскричал бывший капрал. – Уж больно ты подозрителен! Хочешь знать, кто мы? Что ж, придется тебе прочесть наши имена на острие наших шпаг.
– Ну, два-то из них я знаю, – ответил Амабль с убийственным спокойствием. – Что до остальных, то я убежден: это не имена благородных людей.
Услышав такое, бретеры схватились за эфесы шпаг.
– Что это с тобой, братец? – все еще добродушно спросил Кокардас. – Ты затеваешь драку с друзьями, вместо того, чтобы выпить с ними по стаканчику вина.
У Готье Жандри были свои причины избегать шума, поэтому, уклоняясь от шпаги Паспуаля, которая тем временем уже сделала прореху в его камзоле, он сдержанно сказал:
– Черт побери! Мэтр Кокардас прав! И, обернувшись к своей шайке, добавил: – Шпаги в ножны, господа; давайте лучше выпьем и познакомимся с нашими будущими попутчиками поближе…
– Это лишнее, – произнес позади него звонкий голос. – Я и так тебя отлично знаю, Жандри. А что касается Кита, то ему не мешало бы вспомнить тот день, когда он вздумал занять место Горбуна в доме Гонзага.
Головы всех присутствующих повернулись в сторону говорившего. Эффект был такой, как будто хорек заглянул в кроличью нору.
– Лагардер! – прошептали Готье Жандри и Кит, отступая к двери.
– Вы не ошиблись… Убирайтесь прочь, жалкие шуты! Вы из тех, кого я не хочу видеть на своем пути.
Кит съежился и юркнул в угол; он с ужасом вспомнил о побоях, полученных в тот достопамятный день. Палафокс, флегматичный, как истинный англичанин, остался стоять, опираясь обеими руками на эфес рапиры, а Морд свирепо размахивал своей шпагой, надеясь, очевидно, кого-нибудь напугать.
Естественно, что те, кому никогда прежде не приходилось сталкиваться лицом к лицу с Горбуном, решили изображать из себя героев. Вот так и двое юнцов хорохорились, точно неопытные бойцовые петухи, тем более что оба, наконец, увидели перед собой убийцу их отцов. Хотя поведение Жандри должно было послужить им предостережением, юноши были весьма рады тому, что случай свел их с врагом, которому оба поклялись страшно отомстить. Острия их шпаг нацелились в грудь Анри – однако он только улыбнулся при виде этих новичков с горящими от гнева глазами и, смерив их презрительным взглядом, сказал: