– Мне не хотелось бы вводить сюда войска, – сказал Эндрю, задумчиво сдвинув брови. – Я дам тебе пару своих фургонов и в следующий раз поеду с тобой. Посмотрим, что будет.
Рейчел наполнила кружку Кейт, а потом, как бы спохватившись, налила еще одну и твердой рукой протянула Эндрю. Его длинные пальцы сомкнулись на ручке кружки, слегка задев руку девушки. Это прикосновение пронзило ее мучительно сладкой болью. Должно быть, Эндрю почувствовал то же самое, ибо на мгновение взгляды их встретились. Он смотрел на нее сверху вниз, темно-синие глаза были скрыты длинными ресницами, и она не могла догадаться, что за мысли бродят сейчас в его голове. Охваченная внезапной жаркой волной, она потупилась и быстро отвернулась, пока его проницательный взгляд не проник в ее смятенную душу.
Появление в кухне двух жалких субъектов, которые, пошатываясь, пришлепали босиком, прервало разговор о фургонах.
Уилл Киркленд и Эдвард Эллиот держались руками за головы, точно пытаясь удержать их на плечах. Их красные глаза слезились, а речь была путаной и невнятной.
– О Господи, что за бес в вас вселился? – пораженно воскликнула Кейт.
– Вчера вечером Эдвард был приобщен к радостям Джона Ячменное Зерно, – весело отозвался Эндрю.
– Он был приобщен не только к солодовому виски, но и к гораздо большим радостям, – недовольно бросила Рейчел, подавая Уиллу кофе. В ее зеленых глазах сверкало презрение.
Уилл с жадностью отхлебнул темный дымящийся напиток.
– Неужели ты все еще сердишься по этому поводу? – простонал он, дуя на горячий кофе.
– О чем это он? – с интересом спросила Кейт.
– Вчера вечером они водили Эдварда к Найту Ризу. Думаю, ты и сама понимаешь зачем, – проворчала Рейчел, метнув уничтожающий взгляд на Уилла, и подала чашку кофе Эдварду, который сидел за столом, обхватив голову руками.
Кейт разразилась таким громким хохотом, что казалось, задрожали стены кухни, а двое гуляк скривились и зажали руками уши.
– Что ж, пора уж этому мальчику узнать, что его штучка годится не только на то, чтобы писать, – заявила Кейт.
Уилл Киркленд как раз потягивал свой кофе. При этом непристойном замечании все выплеснулось у него изо рта.
– О Господи, Кейт, не смеши меня! – взмолился он жалобно. Остальные дружно засмеялись.
Рейчел больше не могла терпеть это возмутительное веселье и сердито выскочила из кухни.
Когда трое мужчин ушли из столовой, Кейт направилась прямиком в спальню и легла отдыхать. Рейчел заметила, что дальние поездки в Уильямсберг начали утомлять пожилую женщину, и в ней заговорила совесть. Нужно ездить по очереди, ведь это входило в обязанности не только Кейт, но и в ее тоже.